— Краснов! — взревела Медуза. — Ты совсем берега попутал? Что это такое? Как это называется? Что ты молчишь?
— Ну, во-первых, вы мне говорить не даёте, — спокойно ответил я. — А во-вторых, этот молодой человек бесстыдно и нагло врёт. Он со своим товарищем издевался над Анной. Приставал. Совершал неприличные действия. Даже язык не поворачивается. Мне пришлось пресечь это безобразие.
— Он всё врёт! — затарахтел Марат. — Он всё врёт!
— Помолчи! — оборвала его Медуза. — Грошева, что произошло?
Аня Грошева, незаметная, невидимая в обычной жизни девочка, получающая внимание только тогда, когда кто-то хотел над ней посмеяться — над её худобой и неприметностью — опустила голову и ничего не сказала.
— Анна, он к тебе приставал? Марат к тебе приставал?
— Я не приставал!
— Грошева? — рявкнула Медуза так, что девчонка вздрогнула. — Да или нет⁈ Да открой ты свой рот!
7. Пиф-паф
Обстановка в кабинете директрисы была неприятной, давящей и душной. Цок, цок, цок… часы на стене сегодня тикали так, будто по полу топали маленькие серебряные копытца. И даже мне, видавшему виды, матёрому волку, встречавшему в жизни и не таких вот медуз, было неприятно.
Что уж говорить, о бедной Ане Грошевой. Кажется, ей было до того страшно, что она готова была провалиться сквозь землю. Умереть прямо здесь, в кабинете директора школы. Поэтому на вопрос «да или нет» она неопределённо мотнула головой. Лишь бы от неё отвязались.
— Нет⁈ — рявкнула Медуза, по-своему истолковав это движение. — Ах, нет⁈ Так, выйдите все, кроме Краснова!
Марат и Аня вышли. Остались только я и Медуза.
— Я уверен, — сказал я, — что если вы сейчас откроете дверь, то увидите, как этот малолетний мерзавец и негодяй продолжает издеваться над бедной девочкой.
Медуза хмыкнула и сжала губы. Её взгляд стал острым, колющим.
— Эта бедная девочка, — произнесла она медленно, — считай, уже здесь не учится, так же как и ты, бедный мальчик. Мне здесь не нужны экзоты. И скандальные ньюсмейкеры, роняющие тень на школу, тоже. То он с учительницей любовью занимается…
— Лидия Игоревна!
— Помолчи! То участвует в инсценировках похищения, то избивает учеников. Ладно, был бы семи пядей во лбу! Ладно бы успевал выше нормы. Да где там! Он даже на тройки не успевает! Второгодник, хулиган и просто отвратительный гадкий мальчишка!
Её голос звенел, как металл.
— Слушай внимательно, Краснов, — звонко отчеканила она. — Скажи матери, чтобы забирала документы и переводила тебя в другую школу. Ты у меня здесь учиться точно не будешь. Ты меня понял? Краснов, ты меня понял?
— Лидия Игоревна, — ответил я спокойно. — Я понял ваше желание. Но вы здесь не царица, а администратор и должны соблюдать правила, а также законы. Вы не должны давить психологически на ученика, как сейчас. Вы оказываете травмирующее психологическое воздействие, и я могу написать на вас жалобу. Мама моя напишет, а я распишу всё, вы уж поверьте.