Теперь мы могли наговориться вдоволь. Также супруга живо интересовалась моими делами. Она неплохо выучила половецкий, что делает ей честь. И внимательно слушала Ашура, рассказывающего о врачевании и необходимости гигиены. Или Гуслия, делавшего упор на необходимость всеобщей механизации иначе мы не сможем быстро построить новую столицу. Хотя оба учёных старались говорить по-русски, думаю, Анна поняла не более половины из сказанного. Но при этом стала смотреть на меня иначе. Она и раньше понимала, что я не обычный степняк. А теперь её уважение переходило в восхищение. Окрыляет, знаете ли!
У Оскола нас встречал сам Сукхан с немалым количеством воинов. Я сначала малость напрягся, опасаясь предательства. Нет, моя латная конница в ровном поле сметёт кого угодно. Но может пострадать жена, да и обоз жалко. Добра и серебра мы везём немало. Потом мысленно одёрнул себя. Вождь шаруканской орды кто угодно, но не предатель.
— Приветствую тебя, Алтан, — улыбающийся хан прискакал к нам один и действительно был рад, — Поздравляю со свадьбой! Надеюсь, в степи мы устроим такой туй[1], что все соседи помрут от зависти. А про красоту твоей жены ещё долго будут складывать песни по всей степи!
— Да ты сам говоришь, будто поёшь! Все йыравы станут тебе завидовать, — возвращаю комплимент соратнику, и мы обнимаемся сидя на конях.
Карабаш при этом ведёт себя прилично. Он вообще в присутствии Анны не шалит и изображает из себя паиньку. Главное — не расслабляться, ведь потом шкодливая коняшка наверстает упущенное.
— Я отправил встречать обоз Кораза, поэтому не переживай. Лукоморцы нападать не будут. Они сами отправили большую часть людей на новую войну с венграми. Думаю, наши ближайшую неделю должны быть в Шамале. Нам туда ехать гораздо дольше. Ещё и в Шарукань прибыл Бачман, поэтому придётся тебе задержаться.
Да, покой мне только снится. Я тут думал, проведу время с молодой женой, а то поход не располагает к приятному времяпровождению. Но раз прибыл хан кимаков, значит, есть новости о наших восточных друзьях. А ещё нам удалось разрушить их планы, иначе Бачмана давно бы убили. И вообще, никто не обещал, что Избранному будет легко.
[1] Праздник (тюрк.).
Эпилог
Июнь не самое приятное время в яицких степях, но пока терпимо. Трава ещё не выгорела, а земля не превратилась в камень. Недавно прошли дожди, и вода прибила пыль, которая здесь забивается в ноздри коней и заставляет заматывать лицо тканью. Но дело не в природных прикрасах. Главное — мы дождались врага и смогли его перехитрить.
Позади два года нескончаемой работы и интриг. Благо мне, Бачману и булгарам удалось создать вполне себе рабочую структуру. В её задачи входила контрразведка, работа с сомневающимися вождями и дезинформация. Более того, мы смогли выявить шпиона с серебряной пайцзой! Вот его-то мы и озадачили на славу. Саман проявил просто чудеса изворотливости и умудрился убедить разведчика, изображавшего стандартную роль купца, что кимаки поссорились с булгарами и готовят на них поход в следующем году. Поэтому дядя и рванул на восток предупреждать хозяев.