с кресла, я подошла ближе, залюбовавшись драконом. Не знаю, кто потушил свет, но сейчас в гостиной горел лишь камин. Силуэт Родгера обрисовывала мягкая полутьма и отблески пламени, ложащиеся на кожу лёгкими пастельными мазками. Они скрадывали усталость и залёгшие под глазами тени, зато подчёркивали совершенные, хищные черты лица и превращали зелёные глаза в бездонные изумрудные озёра. И я скользила завороженным взглядом по острым скулам, волевому подбородку, красиво очерченным губам… а пальцы покалывало от желания прикоснуться к нему, ощутить его тепло, поцеловать, ловя одно дыхание на двоих, растворяясь в музыке сердец, бьющихся в унисон… — Я не в том возрасте, когда, оставшись наедине с любимой, обсуждают погоду или работу, — прошептал дракон, легко касаясь моих волос, пропуская пряди между пальцами, словно невзначай задевая ушко. — Нам нельзя, — выдохнула, вопреки словам прижимаясь щекой к его ладони, — магия… — Помню… Тихий завораживающий голос, нежные, практически невесомые касания… так мало, а я уже тону, теряюсь в нахлынувших ощущениях. С кончиков его пальцев срываются магические искры, вплетающиеся в мои локоны золотистыми нитями. И магия Вечности отзывается, вспыхивает, переплетаясь с его. Сердце срывается на галоп, стучит так, словно вот-вот выпрыгнет из груди. А тело горит от магии или… она здесь ни при чём? Не знаю, кто первый делает шаг навстречу… он или я. Но через миг на талию ложатся сильные руки, а губы опаляет поцелуем. Сначала нежным, лёгким и в то же время распаляющим, заставляющим сходить с ума от предвкушения и желания большего. Ладони Родгера скользят по моей спине, сминая шёлк платья, нежно очерчивая выступающие позвонки. Время застывает, и всё становится неважным. Всё, кроме горячих губ и родного запаха хвои и трав, сильных рук и бездонных изумрудных глаз… — Мари… — шепчет дракон, отрываясь от моих губ, — люблю тебя… — Люблю… — эхом отвечаю, привставая на цыпочки и скользя ладошками по мощной груди и широким плечам. Очерчиваю ключицы, виднеющиеся в вырезе рубашки, вновь скольжу ниже, пытаясь под шумок расстегнуть ещё несколько пуговиц, но… — Не провоцируй. — В изумрудных глазах плещется шторм, дыхание сбилось. Ему тоже непросто остановиться, но… Он прав… нельзя заходить далеко. Странно, что я ещё ничего не подожгла… может, Дар постепенно стабилизируется? — Ты… поговорить хотел, — прижимаюсь к нему, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Ноги кажутся ватными, и лишь объятия дракона удерживают меня от падения. — Ну как поговорить… — мурлычет