ненависть и застарелая обида на Совет, — пояснил саванши. — Посланница сказала, что он не сможет сражаться с чужими монстрами, не победив своих. Поэтому битва с прошлым стала для безымянного первой и самой сложной. — Но он с честью выдержал все испытания! — восторженно пискнула Лалли. — И в итоге стал первым стражем и отцом-основателем ордена. Только после что-то случилось, и его забыли… — Случились человеческая алчность и скудоумие, — зло выплюнул Рамон. — Едва опасность повторного прорыва миновала, соратники первого решили сместить его и захватить власть в ордене. В итоге его оклеветали, лишили всех титулов и казнили за измену. А имя предали забвению. Ужасная легенда… и страшная судьба. Хотя история знает массу похожих случаев. Жажда власти и алчность — страшнейшие из чудовищ, и, к сожалению, одержимые ими сгубили не одну чистую душу. — Истинная история безымянного сохранилась лишь в найгарских архивах, — закончил свой рассказ саванши, — и если верить слухам, кто-то высек его имя на копии стелы. Хм… а вот это странный нюанс! Выходит, чтобы найти подсказку, нам придётся вернуться туда, откуда мы начали? К стеле в мастерской? — И при чём здесь пропавшая брошь? — нахмурился Родгер. — Ты сказал, что нашёл её, когда искал легенду. — А это и есть та самая посланница, — сказал Рамон, поднимая в воздух второй свиток, — у неё за спиной должны быть крылья, как у леди Лалли. Но Доминико почему-то скрыл их, превратив в кружевную накидку. Дух развернул свиток, и я обалдело уставилась на портрет той самой красавицы-пастушки. Только на этот раз за её спиной искрились огромные радужные крылья… Изящные, нежные, завораживающе прекрасные. Они притягивали взгляд, гипнотизируя сиянием перламутровых пластин и разноцветных перепонок. И я мысленно начала раскладывать их на «детали», прикидывая, какие камни лучше использовать, чтобы подчеркнуть хрупкую красоту, но вовремя опомнилась и перевела взгляд на первую гравюру. — Тут другие крылья! — воскликнула, заметив нестыковку. — Естественно, — фыркнул саванши, — вы ничего странного не почувствовали, когда на вторые крылышки смотрели? — Почувствовала, — честно призналась, — я смотрела на них будто загипнотизированная, и взгляд отвести не могла… — Вот! А это всего лишь копия, и даже не самая лучшая, — продолжил дух, — представляете, какой эффект оказывали настоящие крылья истинных фейри? — Даже предположить боюсь, — отозвалась, окинув Лалли задумчивым взглядом. — А почему… — Я наполовину пикси, — пояснила она, — поэтому и уменьшаться