— Теперь уже и не знаю, — помрачнела Валей. — Хотела как раз на ритуалах этих, но это не то, что нужно публиковать. Нужны другие реверсивные узоры.
— Есть у меня тут гипотеза…
Айвор еще летом в Кафаце услышала одну интересное выступление тамошних магов и все никак до того не находила времени им поделиться с подругой.
Разошлись они глубоко за полночь, изрядно навеселе — но с примерным планом предстоящих исследований.
Глава 8 Алхимия жидкостей и духа. ч.1
Пятничная алхимия оказалась в чем-то похожей на помесь знакомой Альбе по школьным годам химии и банальной кулинарии. Вместо кислот и щелочей тут были травы, которые надо было нарезать, какие-то порошки, которые надо было насыпать, растворы-бульоны, которые надо было дистиллировать и все остальное в этом духе. Альба представляла алхимию как какое-то средневековое действо с оловянным котлом, черпаком-мешалкой, добавлением в булькающее нечто несусветного цвета и запаха разных «ингредиентов»… И в целом оказалась почти права, разве что вместо закопченных котлов кабинет заполняли пробирки, множество идеально отполированных ковшиков разных размеров и старомодные горелки, одну из которых Дитрих поджег одним взглядом, рисуясь перед своими товарищами. Все это было каким-то… Миниатюрным, что ли. Как на той же химии в школе, когда в крошечную емкость с одним раствором капалась крошечная капля другого раствора. Хотя, наверное, и в магическом университете не было желающих переводить на первокурсников ингредиенты в больших количествах.
— И зачем оно нам надо? — горесть в словах Свена, которому никак не удавалось нарезать ровными частями нужную пожухлую траву, была немного театральной.
Зданием на вторую, практическую пару по алхимии было приготовление простейшего тонизирующего зелья. Для этого, помимо нарезания трав и магической обработки каких-то мелких жучков, которые у Альбы превратились не в что-то пастообразное, а в какую-то мелкую труху из-за криво примененного плетения, нужно было еще и следить за температурой булькающей в ковшике водной основы.
Альба искреннее надеялась, что местный «кофе» и то, что они готовили было разными напитками.
Жаловался на судьбу Свен негромко, но преподаватель, Ванесса Ла Страт, чопорная худая женщина с ястребиным носом и светлыми глазами, его услышала. Алхимик с невозмутимым лицом призвала с дальнего стола, на котором лежали всевозможные ингредиенты, какой-то мелкий порошок в пробирке и фиал с нежно-голубым раствором. Ла Старт высыпала порошок в фиал, добавила какое-то весьма сложное плетение, охватившее получившуюся красноватую бурду, и из емкости начал валить густой черный пар, едкий, забивающийся в нос и уши.