моего решения, словно приговора суда. А мне вдруг пришло в голову:

— Чем Эльдан тебе грозил в случае провала? Если я все-таки откажусь от замужества? —

отрывисто поинтересовалась, пытаясь одновременно понять, смогу ли я хладнокровно обречь

аристократочку на наказание.

Алисия молчала. Но я неожиданно заметила, как по нежной щечке, побледневшей до снежной

белизны, сползла одинокая слеза.

— Алисия?.. — нетерпеливо поторопила ее. И припугнула: — Я не стану принимать никаких

решений и оставлю все как есть, если ты не ответишь на мой вопрос!

И тогда куколка сдалась. Ее плечи безнадежно поникли, а сама девушка горько шепнула:

— У самого подножия торвийских гор стоит замок, в котором располагается орден Сестер

Милосердия. Женщины, вступающие в орден, отрекаются от всего мирского: богатства, титула,

имени. И посвящают себя служению сирым и убогим. Это очень строгий орден. Согласно его

уставу, сестры должны носить самую простую одежду, есть простую и грубую пищу, спать на

тюфяке, который сами же и набивают сеном. Они обязаны ходить медленно, смотреть всегда в

пол, а говорить, только если им задают вопрос напрямую и отвечать покорно. Меня приговорили

провести остаток жизни в этом ордене. Но Его Величество Эльдан пообещал помиловать меня,

если я смогу тебя уговорить стать королевой.

Вот теперь я поняла причины неожиданного, казалось бы, смирения всегда строптивой

аристократки. Над ней повисла угроза серьезного и жестокого наказания.

— С… с… с… — зашипела я разъяренно, пытаясь не дать матерным словам сорваться с губ. — Вот

же сын дворовой собаки! — сумела я таки выразиться обтекаемо. Меня аж трясло от злости. Но я

постаралась взять себя в руки и на всякий случай уточнила: — А твой брат?

— Казнь… — едва слышно прошелестела Алисия, не поднимая головы. Но потом вдруг вскинула на

меня повлажневший взгляд до предела расширенных глаз: — Полина, ты не подумай! Это не

шантаж! Просто… Просто Его Величество в отчаянии и не знает, как еще попросить у тебя

прощения, сделать тебе приятно. Видела бы ты, как он о тебе говорит! Вот и… И поверь, если

бы не твоя просьба, то меня точно ничто бы не спасло! Я бы отправилась в орден до конца

своей жизни, брат — на плаху!

— А если я дам согласие, что будет с твоим братом? — угрюмо поинтересовалась я, ощущая,

как все сильнее на шее затягивается удавка.

Алисия то ли пожала, то ли передернула плечами:

— Их Величество что-то говорил насчет того, что королева будет курировать открытие школ и

академий по всему королевству, отбор одаренных и их обучение. Мой брат в случае твоего

согласия идет учиться.