— Готов, — Ал стряхнул с рукава чужой пепел.

Среди уцелевших остатков демонической орды повисла гробовая тишина. Мелкие бесы в ужасе попятились к разломам. Бледный Ситри, пришедший в себя первым, забормотал заклинание. Пространство за его спиной начало скручиваться в портал.

— А как же боевое братство? — крикнул с крыльца Адельхард. — В Седьмом круге за такой побег с поля боя сажали на кол.

— Да пошел ты! — визгливо огрызнулся Ситри, отступая к порталу. — Я приведу Архидемона! Вы тут все сдохнете!

Договорить он не успел.

Воздух над особняком раскололся с оглушительным стеклянным хрустом. Ткань реальности с треском порвалась. Небо окрасилось в багрово-черный, а температура рухнула так резко, что остатки тумана выпали на землю колючим снегом.

Ситри так и не дошел до портала. Лорд рухнул на колени, вжимаясь лицом в мерзлую землю. Покалеченные Валафар и Андреалфус последовали его примеру. Бесы просто распластались по газону, заскулив от первобытного ужаса.

Из рваной раны в пространстве ступила фигура. Она состояла из абсолютного мрака, внутри которого пульсировали раскаленные добела вены. Архидемон.

Его аура обрушилась на квартал невидимым прессом. Стекла в соседних домах брызнули осколками, мраморные статуи покрылись глубокими трещинами. Альфонсо почувствовал, как колоссальная тяжесть легла на плечи, пытаясь вдавить в землю. Москвич упрямо выпрямился, сцепив зубы, и прямо посмотрел на визитера.

— Жалкое зрелище, — голос Архидемона ударил прямо по мозгам, вызывая тошноту. Высший даже не взглянул на стоявших на коленях лордов. — Отдать мою добычу смертному. Мусор.

Слепящая вспышка черного света — и бледный Ситри просто исчез. Архидемон стер его одним небрежным усилием воли. Затем перевел взгляд на человека.

— Забавные фокусы с плотью, — рокот Архидемона стал тише, но от этого еще страшнее. — Склони колени. Отдай мне свою жизнь, и я позволю тебе мне служить. Откажешься — буду рвать твою душу на куски вечность.

Змиенко неторопливо достал папиросу, чиркнул спичкой и затянулся.

— Пришел в чужой дом, натоптал, убил своего же, — ровно произнес Ал, выпуская дым. — Убирайся в свой разлом, пока я тебе ноги не вырвал.

Архидемон не стал тратить время на крики. Тварь шагнула вперед, и пространство сжалось. Черный снег превратился в шрапнель и полетел в москвича.

Адельхард оказался рядом мгновенно. Тиун взмахнул клинками из черного пламени, создавая перед ними плотную стену мрака. Снег со звоном разбился о щит.

— Спина на мне, Ал, — бросил маг-рыцарь.

— Принял, — коротко кивнул хирург.

Архидемон развел руки в стороны. Газон, деревья, кованая ограда — всё исчезло, растворившись в густой тьме. На их месте проросли кривые скалы и озера кипящей смолы. Воздух пропитался такой концентрированной болью, что перехватило дыхание. Домен Отчаяния.