Я замолчал, обводя датчиком огромный пень-выворотень, расположившийся у нас на пути. Под такими пнями обожает дневать всякая мутировавшая дрянь.

– И что? – осторожно спросил Стеценко.

– И ничего, – произнес я, закончив обследование. Мы двинулись в обход пня. – Больше его никто никогда не видел. На обратном пути он, судя по всему, случайно и нелепо погиб, и сталкерам пришло на ПДА сообщение о его смерти. А на следующий день – еще одно. И на следующий день тоже. И так пятнадцать лет подряд. Че до сих пор не может определить, каким образом эти сообщения поступают в общую сеть, поскольку Семецкий в ней уже давно не зарегистрирован – с момента своей первой смерти. Судя по всему, он умирает и воскресает ежедневно. Похоже, он стал одним из духов Зоны, как другие бродяги, обнаружившие Монолит, – Черный Сталкер, Оборотень, Звериный Доктор, Сталкер-Призрак. Все они были людьми, но в какой-то момент решили поиграть с Зоной в армрестлинг…

– Да, говорят, что желания тех, кто пришел к Монолиту, действительно исполняются, но счастья им это не приносит, – негромко произнес Хе-Хе, настороженно оглядывая окрестности. – Они исполняются, но всегда с какой-нибудь закавыкой. Как желания людей, продавших душу дьяволу, хе-хе.

– Монолит, мистер Хемуль, – проговорил Камачо, наводя на меня видеокамеру. – Насколько рассказы о нем могут соответствовать реальности?

– Камеру убери, – невежливо потребовал я. Ни к чему мне светиться. Потом они продадут эти съемки «Нэшнл джиогрэфик» или «Би-би-си», те сделают из них серию для документального сериала «Горячие точки мира», сериал этот купят наши и станут крутить по воскресеньям. Я думаю, военные будут счастливы увидеть меня по телевизору в роли сталкера-проводника.

– Прошу прощения. – Альваро послушно выключил камеру. – И все-таки: может ли в Зоне существовать такой феномен, который исполняет желания? Ведь это уже получается воздействие не на физическом, а на ментальном уровне.

– Почему бы и нет. – Я безразлично пожал плечами. – Существует ведь, например, дьявол-хранитель. А это тоже воздействие какого-то феномена Зоны непосредственно на человеческую судьбу, а не на тело.

– Дьявол-хранитель? – заинтересовался Донахью. – Как это?

– Это крайне редкий феномен, – сказал я. – На моей памяти случался раза два или три, да старики еще рассказывали несколько случаев. Человек вляпывается в какую-то черную липкую гадость вроде паутины и думает: ну все, каюк. Однако выбирается без особых последствий, отмывается тоже. После этого ему начинает удивительно везти: он приобретает способность проходить такими непроходимыми тропами, на которых даже чувствительная псевдоплоть попадает в ловушки. Его не трогают мутанты, он не попадает под вертолетные обстрелы, его не замечают спрятавшиеся возле Периметра мародеры. Вот только люди, с которыми общается везунчик, начинают гибнуть на ровном месте. Опытные сталкеры, идущие с ним в паре, попадают в аномалии там, где раньше молодняк гулял толпами, купившие у него хабар торговцы умирают, случайно поперхнувшись водкой или упав с лестницы, вооруженного до зубов ветерана, перекинувшегося с ним парой слов в баре, загрызает одинокая слепая собака. Дьявол-хранитель каким-то образом отбирает у них у всех положенный запас везения и перенаправляет на своего хозяина. С человеком, за плечами которого сидит дьявол-хранитель, стараются не общаться, хотя и на жизнь его не покушаются: бывало, что у засевшего в засаде киллера разрывалась в руках винтовка или ему в глаз прилетала за два километра с холмов шальная пуля из случайной перестрелки… Поэтому никакой пользы такой человек из своего особого положения извлечь не может. Он способен добыть любой артефакт из самого недоступного места, но сбыть потом этот хабар не в состоянии – тот становится опаснее горячей частицы, поскольку всякий его обладатель быстро погибает. В конце концов носители дьявола-хранителя сходят с ума и исчезают в Зоне. Или становятся одинокими духами Зоны, как Сталкер-Призрак, который первым подцепил такую дрянь.