Давлета бесило и то, что его попытка взять только что построенную крепость в городе Тула, закончилась полным разгромом. Он сам был ранен разрывом снаряда, прилетевшим со стены крепости и взорвавшимся над его шатром. На такое расстояние «нормальные» пушки стрелять были не способны, однако русские пушки стреляли.

Как Давлет Гирей выжил, сказать ему никто не мог. У него самого было ощущение, что он всё же умер, но потом как-то возродился. Самое противное, что он помнил, как лежал без памяти, а у него в голове поселился некто, наполнявший его тело живительной силой. И самое неприятное, для Давлета, что этим «некто», по всем ощущениям, был царь Александр. Это, конечно же, был бред и Давлет понимал, что этого не может быть, но помнил и то, что про нового русского царя рассказывали всякие сказочные небылицы.

Особенно Давлета поразили истории, рассказанные теми, кто присутствовал в Тамани, когда царь Александр, говорил о наступающих на мир тёмных силах. И ещё бекташи, которых Александр пытался уговорить встать на его сторону, рассказали много чего интересного. И о том, что говорил царь, и то, что видели, или почувствовали сами.

По словам дервишей, Александр был настолько просвещённым, что светлее его ауры, было только солнце. И это тоже злило Давлета.

Он, хоть и не умер от ран, но болел тяжко. Раны в груди были глубокими, но, к удивлению лекарей, не загноились и зажили довольно быстро. Однако дышалось Давлету тяжело, он постоянно кашлял и не мог долго находиться в седле. Когда хан смог вникать в дела, оказалось, что пролив, закрывавший русским выход в открытое море, а значит и путь к Босфору, был открыт, а он ничего сделать не может. Все его корабли были потоплены или захвачены (что ещё хуже), торговые суда, идущие из Истамбула, перенаправляются на Тамань или в новую русскую крепость Ростов. Полуостров оказался в фактической осаде. Самое страшное, что и военные корабли султана Сулеймана даже не пытались блокаду прорвать.

Крымскому хану оставалось идти через пустынные безводные солончаковые степи на русский Ростов пешими отрядами. Но там ведь был не только Ростов. Русские поставили крепость Таганрог, Танаис и восстановили Азов. Разведчики докладывали, что и выше по течению реки Дон установлены городки, где проживают служилые люди, полностью вооружённые и готовые прийти на помощь своим городам. Давлет Гирей не знал, что делать и решил остановился на попытках выдавить русских из Керчи, отдав руководство военными действиями сыновьям.

Единственное, что, как казалось Давлету, он сделал правильно, это сразу, как очнулся, отправил гонцов к Польскому королю и к Литовскому князю. Он просил их помочь справиться с русским царём. Однако прошло уже шесть месяцев, а ни его посланников, ни каких иных посольств в Бахчисарай не пришло.