— Твоя душа чиста, — с удивлением отметил он. — как это?

Купец пожал плечами.

— Не мне знать, государь. Очистилась, наверное и потому ждала твоегопришествия.

— О, господи! — вырвалось у Саньки. — Не понимаю я ничего! Что происходит⁈ Как?

Он схватился за голову, оглянулся и вдруг вскрикнул:

— А ну, стой! — приказал он какому-то, пролетающему мимо, явно озабоченному чем-то, привидению.

Привидение тормознул так резко, что Санька даже покачнулся вслед за его движением.

— Иди сюда! — потребовал царь.

Дух приблизился.

— Где твой прах?

Дух молчал, но Санька как-то понял, что тела у духа нет. Он вообще был какой-то слишком уж туманный, истончённый.

— Нет у него тела, государь, — сказал бывший торговец. — Истлело давно. Это очень древний дух. Да и сам он доживает последние годы, а может быть и дни. Кончаются его силы. Он и отвечать тебе не может поэтому. Ты дай ему свои.

Александр мысленно хмыкнул и дал духу немного своей силы. Дух принял телесные очертания, прорисовавшиеся, словно акварельный рисунок. Это был мощный старик с седой окладистой бородой, свисающей чуть ли не до земли.

— Кто-ты, старче, — спросил его Александр, невольно склоняя перед приведением голову.

Дух, явно удивлённый тем, что обрёл относительную плоть, стоял и «ощупывал» себя радужно-туманными руками.

— Сподобился наконец-то Велес прислать наместника, — вдруг неожиданно сильным голосом произнёс старец.

Александр даже вздрогнул от его грудного тембра.

— Более тысячи лет мыкаюсь, — сообщил он, обращаясь уже к Саньке. — Как ушли наши боги, так и нет нашим душам успокоения.

Он огляделся вокруг себя.

— Уже и могилы наши срыли, других мертвецов положили. Их души прикаялись, а нашим и деваться не куда. Нет богов наших. Вот и истлеваем вслед за телами.

Санька вдруг понял, что ему говорит сей дух и ужаснулся. Ведь и в той деревушке, где он родился, не верили в Христа, а Велесу поклонялись. Вон, даже его, младенца отнесли в медвежью берлогу, считая велесовым, потому что родившимся волосатым, сыном. Так получается, что все его родичи, да и остальные, продолжавшие верить в старых богов, не упокоятся после смерти?

— О, Господи! — воскликнул Санька. — Ничего себе открытие! Значит это всё…

Александр обвёл руками старый погост.

— Это всё души предков?

— Кхм-кхм! — откашлялся старец. Он, видимо, давно не произносил слов. Хотя, чем ему их произносить? — Ну, не все, не все. Всяких тут полно, но старых предков более всех, конечно, наместник. Александр обдумал своё новое прозвище и ничего на него не ответил. Наместник Велеса? Да ради Бога! Да и он сам так иногда думал. Ведь не только волосы присутствовали у него как знак Велеса. А его нижние конечности. Особенно пальцы? Ведь если кому показать, так испугается. Длинные пальцы с когтями никуда ведь не делись! Раньше он их поджимал, а теперь просто носил обувь огромного, где-то пятидесятого, размера. С его-то невысоким ростом… Да-а-а…