Городок был откровенно небольшой. Все друг друга знают, а потому я стал местной достопримечательностью почти сразу же как появился тут. Любопытные детские лица уличной шпаны так и мелькали то тут, то там, хотя мой внешний вид вызывал у них явную опаску. Вероятно, за мага меня не посчитали. Оно и понятно: вряд ли здесь чародеи выглядят так же, как и в Шумере. И тем не менее… Немного злой, в запылившийся одежде, но сухой и мускулистый человек необычной наружности, без оружия, если не считать жезл, конечно, но уверенный… Дети побаивались. А вот взрослые — нет. Оно и понятно. Они вообще меня никак не воспринимали. Так — чужак. Молчи и не высовывайся, делай свои дела тихо. Полезешь — так мы щас всем городом тебе накостыляем, оберём до последней нитки и рабом сделаем. Такое отношение вначале было незаметно, но чем дальше — тем больше проявлялось. Окончательно стало видно его на рынке, куда я пошёл, чтобы закупиться продуктами.

— Кольцо верни.

— Ты это мне? Какое ещё кольцо? — нагло уставился на меня ощерившийся мужчина с длинной бородой.

Дело было в том, что у меня, понятное дело, не было местных денег. Я и дал торговцу шумерскую серебрушку, чтобы оценил. Разумеется, предполагалось, что меня обманут и постараются накрутить цены, но чтобы он просто засунул мои деньги куда-то за пазуху⁈ После долгой дороги я и так уже успел озвереть, но такую наглость терпеть намерен не был. Ещё и окружающая голытьба лыбится и посмеивается. Да кто эта чернь вообще такая⁈..

В мужчину ударило несколько ярчайших молний, а воздушный таран, исполненный на минимуме маны и больше похожий на толчок, снёс его, отбросив метра на три. Конвульсивно дёргающийся человек явно был жив: ауры я различать ещё не разучился, но сознание товарищ потерял. Сплюнув и глядя на разбегающихся верещащих людей, забрал свои деньги. Затем, чуть подумав, кольцо всё же вернул жулику обратно, но взамен забрал весь его товар. За серебряную, считай, не сильно плохо продал. Серебро стоит немало. Уж точно больше каких-то лепёшек и фруктов.

Еда теперь у меня была. Создавать её я, конечно, не разучился, но есть исключительно созданную всё-таки вредно. Один раз, два, пять, десять… Но только ей питаться таки нельзя, нравится это кому-то или нет. Так вот, я набрал еды впрок, а после облил неудачливого торговца (ещё бы — на меня нарваться!) созданной водой.

— Выбирай. Либо я тебя сейчас убью, — на этих словах он усиленно замычал и замотал головой, не в силах вырваться из телекинетических тисков. — Нет? Тогда скажи мне, где ближайшее море? Побережье. Мне нужно на побережье. Куда мне идти, — чётко говорю трясущемуся бородачу, которого держу слегка на весу. Краска ещё эта… Здесь считалось красивым мазать краской усы и бороду. Признак статуса, ага… Вот у этого товарища от моей воды сейчас с бороды слегка капали капельки красноватого цвета. — Туда? — киваю в сторону, куда торговец вращал глазами.