Между делом я вспоминал свое обучение за последние пять лет. Оно поделилось для меня на две части, два мира. Мир общины и её порядков и мир, открывшийся мне при изучении йоги.
У йогов сила замыкалась в кольца, мана переплеталась с праной и упрятывалась внутрь тела. Сознание же тесно связано с неприкосновенным Атманом. Настоящие йоги замыкали в своем теле все силы, которые были им доступны, приближаясь к бессмертию как физическому, так и метафизическому столь тесно, что даже ба-хионь не покидала их тела. Звучит фантастически? О да! Только был один нюанс. Для таких фокусов требуется отказаться от привычной мне магии. Я же не сумасшедший — делать такое!
Приходилось выкручиваться. Технически йоги делили все свое искусство на внешнюю и внутреннюю медитации. Через окружение можно познать себя и слиться с миром, через себя можно познать окружение и влиять на него. Любая из них даст то, что захочет практик, но только обе дадут то, что ему требуется. И оба метода — это пути, по которым постигалось древнее и великое Искусство. Два метода постижения любой его ветви. Они ни на что не делились. Как перо и кисть, они позволяли писать свою главу постижения великого дела. Но в йоге также существовали несколько направлений, учений, выделившись за тысячелетия её развития.
Аварана — вид йоги, базирующийся на сопротивлении человеческим страстям и желаниям. То есть йога невозможно соблазнить ничем греховным. Постигающие этот путь лишались постепенно чувств, смещая своё сознание к Атману. И, наконец, обретали истинное видение вселенной. Но лишались человечности, сливаясь с Космосом.
Бардо — йога смерти. Маг после смерти сам выбирает тело для нового воплощения, когда основное тело отслужило свое, что, как правило, случается редко. Память сохраняется, а само понятие конца жизни становится эфемерным. Несколько иной вариант работы с собственным разумом также подразумевает свои особенности восприятия бытия. Но у бессмертной сущности, конец тела для которой — лишь досадная случайность, и должно быть иное восприятие действительности, не так ли?..
Бездыханность — йог может обходиться без воздуха. Совсем. Вообще. Позже — и без еды, воды. Только мана. Тело крепчает необычайно, но, несмотря на запредельную выживаемость, смысла в этом я не видел никакого.
Внутренний огонь — известное на Земле направление. Я подозревал, что оно гораздо шире, чем только огненная стихия, но пойти по иному пути никто так и не смог. Внешние эффекты не слишком впечатляют: абсолютная устойчивость к холоду, вплоть до практически абсолютного нуля. Но смысл не в этом. Маг развивал в себе истинное пламя, замыкая свои силы на некоем «внутреннем огне», дающем силу этой стихии, но только внутри собственного тела. Подробности мне были недоступны.