И вот здесь-то и крылось второе противоречие между мной и жителями общины. Это помимо того, что я был чужаком. Мало того, что идея замыкать собственную ману внутри своего тела, пересекать с праной и бесконечно накачивать себя ей меня не прельщала, так ведь и те пути, учения внутри великого искусства йоги, практиковавшиеся в общине — они меня не слишком привлекали. Гальди был мне учителем. И учил. Свое слово он держал. Но мне он уделял немного времени. И это было во многом правильным. Я вполне мог практиковаться с другими учениками. Ничего такого ужасного тут не было. Стоит ли говорить, что своим я не только не стал, но и, напротив, лишь копил неприятие и противоречия?..
К тому же мне тяжко давалась что внутреняя, что внешняя медитации. Просто в силу отсутствия нужного опыта и присутствия опыта ненужного. Например, внешняя медитация предполагала слияние с окружением. Почувствовать камень, дерево, ручей… Что может быть проще? Это же то, чем мы, маги, занимаемся всю жизнь… Нет! В том-то и дело, что с классической для шумеров медитацией для наполнения тела маной йогические практики общего имели мало. И первое время я вообще не понимал это искусство. Йога оставалась для меня недоступной, неясной, а все труды Гальди и других учителей, их объяснения — это все были просто слова. Тому, кто не жил в общине с детства, сложно было понять не только объяснения, но и диалект, отличавшийся от общего для бхопаларских земель, и отличную культуру, привычки и обычаи, многие из которых влияли на учебный процесс…
— Учитель Тиглат! А куда ты уйдешь?
— Я… Знаешь, я тебе мало рассказывал об этой стране. За большое пустыней на востоке лежит земля между двух рек. Великая Империя Шумер.
— Она же не такая великая, как Бхопаларское Царство, да?.. — Я поперхнулся.
— Вообще-то, — возмущенно поднимаю палец вверх, — я оттуда родом.
— О… И что, там тоже есть чародеи? Духи и боги? Известные воины?
— Навалом, — я довольно кивнул. — И побольше, чем тут. Семь… Или восемь уже прошло?.. Даже девять, наверное… — Я поймал себя на том, что события для меня смазались. Нет, сцены битв, заклинания, действия — это все я помню хорошо. Но вот временная линия и интервалы для меня словно бы размывались. — В общем, во время последней войны с эмушитами именно шумерские маги сокрушили могучего демона — Эмушу. И убили его.
— Разве это сделал не Храм?.. — Агаст неуверенно уточнил.
— Чему тебя только учат?.. — Я покачал головой.
— Ну как… Учитель Свархумир рассказывал, что чародеи Храма сразили зло…
— Чародеи Храма тогда знатно опростоволосились. Эмушу казнил своим заклинанием архимаг Менгске, Верховный Маг Империи Шумер.