Забумкали арбалетные тросы. Железомарганцевые наконечники тяжёлых болтов пробивали панцири, как картон и вскоре на тропе остались стоять только трое в чалмах и халатах.

— Нет смысла в сопротивлении, султан. Я не причиню вам вреда! — Крикнул я. — Нам надо поговорить!

— Кто вы?! — Крикнул один из оставшихся.

— Маркиз де Жанейро.

— Я слышал о вас! Что вы от меня хотите?!

* * *

Подушки в приёмном покое султана убрали. Поставили несколько наших корабельных деревянных табуретов на одном из которых и сидел передо мной султан Сях Алам Акбар II в миру Пати Юнус.

— Пати Юнус! — Сказал я, входя. — Вы знаете, что все ваши корабли, которые вы отправили в Малакку, потоплены?

— Знаю, — сказал он хмуро.

— А вы знаете, что португальцы, два дня назад высадились на западном побережье острова в проливе?

— Нет, — султан вскинул голову.

— А вы знаете, что если бы не я, то ваши братья отдали бы вас Альбукерку? Мёртвым.

Султан молча смотрел мне прямо в глаза.

— Как только корабли португальцев появились бы на рейде. Я специально спустил свои флаги. Чтобы они не перепутали нас с ними и не убили вас.

— Я чувствовал, — сказал он мрачно и снова перевёл взгляд на узор ковра.

Я стоял перед султаном и понимал, что его подставили даже не его братья, а англичане, предложившие ему поддержку против португальцев и «кинувшие» его. Вот какого дьявола все эти «рыцари» находятся здесь, а не штурмуют крепость Малакки вместе со всеми Малаккскими князьями?

— У меня есть к вам предложение, — сказал я.

Султан не поднял взгляд.

— Мне не нужна ваша империя, кроме островов пряностей, но они уже давно не ваши. А острова мне нужны совсем не на долго. Я вам отдам их. Если вы доживёте. Через десять — пятнадцать лет.

Он поднял на меня взгляд своих карих узких глаз. Он всё же внешне был больше похож на азиата.

— Это не так долго, как вам кажется, молодой человек.

На вид ему было лет семьдесят.

— Вы удивитесь, но я вас понимаю.

Он всмотрелся в мои глаза и его тело передёрнуло, словно пробило электричеством. Он опустил плечи и спрятал взгляд.

— Что вы хотите от меня?

— Ничего. Я сам всё устрою. Вам будет принадлежать север острова. Юг останется за султанатом Маджапахит.

Я щёлкнул пальцами. В зал внесли столик со свитками и письменные принадлежности.

— Я сейчас уйду и заберу все свои войска. И не буду вам мешать. Весь север острова ваш.

— Не понимаю.

— Я воюю с Альбукерком. С Португалией. Но… Не хочу никакой войны ни с юга, ни с запада, ни с востока. Вы меня понимаете?

— Зачем же вы тогда напали и перебили моих воинов?

— Чтобы их у вас не было, — сказал я, усмехнувшись. — И чтобы вы лучше поняли меня. И быстрее. Что, кстати, с вашими братьями делать? Они всё же посчитали нас португальцами и собственноручно описали, как они встречались с Альбукерком, и что не успели вас убить, так как мы им помешали, напав на город. Мы, видите ли, нарушили договорённости. Вот. Почитайте.