— И мы, полковник! Разор, папаша, да мы за тебя…
Полковник потер костяшками пальцев уголок правого глаза:
— Я не знаю ничего кроме войны, кроме окровавленных палуб кораблей и истоптанных солдатскими сапогами полей сражений- так что моя дорога в наемники. Если есть те, кто хочет со мной остаться — я буду очень рад. Корабль я оставляю Жерару — если у кого-то есть желание присоединиться к нему, и стать свободным капером на службе герцога Аскеронского или какого другого лорда — воля ваша. Знамя мы отдадим на хранение квартирмейстеру… Наш Рем — он очень непростой человек. Я не имею права разглашать его тайну, но… — Аркан предостерегающе нахмурился, и Разор подмигнул ему: — Но если вы когда-нибудь в своей жизни услышите, что где-то набирают войско под черным знаменем с отрубленной головой Красного Дэна- так и знайте, я буду там! И там нас будут ждать добыча, слава и новые приключения!
Рем на самом деле растрогался. Он с достоинством принял древко штандарта и отсалютовал им своим соратникам.
— Бар-ра, Рем!
Разор тем временем продолжил:
— Наши люди донесли, что в городке Заводь нас уже ждут и готовят эльфам пышный прием. Ну что, устроим им показательное выступление? Пусть местные красотки млеют, увидев таких бравых молодцев, а? — дождавшись одобрительного гула, Разор щелкнул пятками, отчего раздался металлический лязг, и рыкнул: — Полчаса на оправиться, умыться и побриться и привести одежду и доспехи в порядок! Бегом!
XVI
Это было довольно странно — сквозь прорези личины шлема наблюдать за родным отцом. Рем изображал из себя стражника на посту и потому и виду не подал, что его обуревают самые противоречивые эмоции.
Сначала над вершиной холма появилось развернутое черное знамя, потом показались всадники в серых коттах и видавших виды, но еще добротных доспехах. Во главе своей избранной дружины скакал Сервий Тиберий Аркан Старший и его седая шевелюра развевалась на ветру, а горделивой посадке могли позавидовать и юные принцы крови.
Децима рядом с ним не было — как донесли коробейники, он проводил время в каком-то горном замке, который захватил не так давно, и решил там обосноваться.
Небесно-голубой шатер эльфийских послов и флажок с голубем стали центром притяжения местных владетелей: следом за Арканом на встречу с делегацией тъялери торопились Варнифы: всё семейство щеголяло желтыми попонами и коттами, и бирюзовыми щитами с гербом в виде перекрещеных секир. Дю Керваны прислали Жан-Жака, старшего сына — ражего детину в синем доспехе, на груди и спине которого были изображены белые летящие птицы. Представителей прислали и Орбаны, и, кажется, Дю Сенье, если Рем правильно рассмотрел герб с когтистой лапой. Энтин Инграм приехал сам, со своими людьми — единственному потомку некогда многочисленного рода некого было послать вместо себя, да и незачем.