И Гонзак не обманул ожиданий:

— Вы знаете, что являетесь восьмым претендентом на герцогский скипетр?

Парень поперхнулся, и эль полился у него через нос. Маэстру Гонзак протянул ему платок, подождал, пока тот утрется и продолжил:

— Вообще-то скоро станете седьмым, Граф Тисбендский при последнем издыхании, свалился с лошади на охоте.

— Э-э-э, погодите, я вроде бы понял, каким я тут боком… Но в нашем герцогстве разве действует право кудели?

— Да-да, по женской линии в исключительных случаях тоже учитывают претендентов. Сейчас — случай исключительный.

— Господи Боже… — проговорил Рем, обмякнув на стуле.

Молодой аристократ моментально протрезвел. Всю эту историю с престолонаследием он слышал давным-давно от своей покойной матушки, царствие ей небесное, но как-то смутно. Она была племянницей в Бозе почившего старого герцога, и, значит, нынешнему приходилась двоюродной сестрой. Генеалогический выверт теперь напрямую грозил вовлечением в династические интриги и высокую политику, а от этих вещей Рема Тиберия Аркана тошнило с младых ногтей. И страшно было подумать о том, что папаша как-то прознает о такой прекрасной возможности восстановить былое величие рода Арканов!

— У вас такое лицо, Тиберий, как будто вы собрались сбежать из города… Погодите, серьезно⁈ Но вам нельзя…

— Маэстру Гонзак, пощадите мою бедную голову! Я вернулся после о-очень долгого отсутствия в герцогство и что? Меня час назад чуть не располосовал самый опасный бретёр Аскерона, а теперь выясняется, что я имею некие гипотетические права на титул герцога! Это ведь чистой воды совпадение, правда? И смерть Тисбенда тоже — случайность. Ну упал претендент на скипетр с лошади и убился насмерть, что тут такого?

— Коннетабль настоятельно рекомендовал вам посетить его в любое удобное для вас время. Мессир Бриан дю Грифон — человек серьезный, его приглашения игнорировать было бы крайне неблагоразумно.

— Ну, а вам-то какая печаль, маэстру Гонзак? — возможно, это было грубовато, и поэтому Рем постарался сгладить впечатление: — Но я от души благодарен за то, что вы представляли меня как секундант, и теперь я вам обязан. Вы — желанный гость в доме Арканов, так и знайте!

Молодой аристократ встал, стараясь поберечь свои пострадавшие конечности, положил на стойку монету, которая тут же исчезла, накрытая волосатой лапой трактирщика, и заковылял к выходу.

Диоклетиан Гонзак провожал его взглядом, выражение которого понять было невозможно: эдакая смесь иронии и задумчивости.

— Погодите, а откуда вы вообще меня знаете? — обернулся, спохватившись, Рем.