Тварь, словно и впрямь поняла, что именно он сказал, внезапно развернулась всем корпусом и уставилась на мага так же, как мгновение назад смотрела на меня. Внимательно. Пристально. Оценивающе. После чего снова попятилась и, встав так, чтобы видеть нас с Лойдом одновременно, раззявила обнаружившуюся под тряпкой пасть и тихо, на грани слышимости, зашипела.

— Тс-с-с… — вырвалось угрожающее из-за двойного ряда похожих на иголки зубов. — Тс-с-с-с…

Мы с Лойдом застыли как завороженные, глядя, как в глубине ярко-красной глотки трепещет тонкий, раздвоенный на конце язык.

— Тс-с-с… — снова выдала тварь, легонько качнувшись на месте.

При этом из-под снега раздалось уже знакомое мне щелк-щелк… щелк — так, словно внизу у нежити располагались не просто ноги, а громадные крабьи клешни, которыми она недвусмысленно щелкала, словно намеревалась отрезать кому-то голову.

— Рано, — так же напряженно заметил Лойд, когда я выразительно покосился на ловушку. — Надо, чтобы она зашла за третий круг. Иначе только потеряем заряд.

— Тс-с-с, — в очередной раз прошипела нежить, без предупреждения метнувшись в мою сторону.

Я при этом тревожно застыл. У Лойда на лице проступило непередаваемое выражение. А тварь, как чуяла, так же резко остановилась, причем точно перед границей защитного знака и медленно, осторожно, изучающе тронула снег перед ним.

О том, что мы вплели Боль и Оглушение со Страхом абсолютно на всех сторонах гигантского сторожевого круга она, само собой, знать не могла. Однако после неудачной попытки его преодолеть что-то в ее башке все-таки произошло. Она явно понимала, что за пылающие багровыми искрами линии заходить не следует. Прекрасно видела даже неактивный знак, хотя учебники в голос утверждали, что нежити это недоступно! Пыталась его даже потрогать, но как только по знаку пробежала предупреждающая искра, тут же отдернула лапу!

Она была умнее всех тварей, о которых мне когда-либо доводилось читать.

Она была быстра, осторожна, хитра! И, Фол меня побери, при этом еще и училась!

В последний раз прошипев что-то неразборчивое, тварь так же неожиданно юркнула обратно под снег, фыкнула в нашу сторону целым столбом из колючих льдинок, а затем проворно заработала лапами, и снежный бурун над ее головой с устрашающей скоростью двинулся прочь.

— Фолова бездна! — ругнулся маг, обреченно опуская руки. — Да что ж тебя не устроило-то, уродина⁈ Жратвы — море, доступ открыт, а ты, сволочь такая, сбегаешь!

— Ма-а-ау! — с невероятным облегчением выдала чудом спасшаяся кошка.

Я сжал челюсти, поняв, что ловушка не удалась. А потом посмотрел вслед ужасающе быстро удаляющейся твари, торопливо обернулся, прицельно смерив расстояние до клетки. После чего стряхнул с себя снег и перешагнул через защитную черту.