Главные смутьяны-бояре получили задание на воеводство в ясачных острогах устья Енисея и Оби. И не откажешься. Сбор ясака и налогов — дело государственной важности. В устьях рек собирают мягкую рухлядь(меха), которую купцы Меховой Компании(где я в членах Правления) покупают с царских складов на сотни тысяч рублей и с большим прибытком продают в Англии, Франции, Голландии и Дании. А ещё там свозят в остроги мамонтову кость, тюленьи шкуры и жир, что тоже ходовой товар на рынках в Европе. Все эти сибирские товары у туземцев собирают ясачные люди, либо в царских факториях местные меняют на царские товары для Сибири — инструмент, трофейные аркебузы для охоты, порох, полугар, бусы и сукно. Понятно, что цена на бусы в Москве выходит в десятки раз меньше, чем на берегах сибирских рек. Но, туземцы в Москве не были и цен не знают — поэтому берут, не торгуясь.
В моём министерстве финансов работают десятки чиновников и сотни человек обслуги. Один Московский Банк чего стоит. В этом году откроем банки в Астрахани, Киеве, Ростове-на-Дону, Петербурге и в Тюмени. Там по речным путям проходит много товаров, а вблизи открыты торговые ярмарки, где в ходу векселя и шёлковые деньги.
На службе я и себя не забываю. Я тоже, как и мой друг детства Голова(канцлер), владею или имею долю в десятках мануфактур, шахт и рудников. Домна в Гуляйполе даёт столько чугуна и железа, что не успеваем перерабатывать. Часть чугунных чушек отправляем на продажу в Стамбул(так царь приказал называть Константинополь). Новая домна на реке Выксун так и вовсе даёт чугун и железо не хуже шведского. Из него на моей оружейной мануфактуре опытные тульские мастера делают мушкеты, винтовки и револьверы. А ещё корабельные пушки чугунные, которые не взрываются даже после тысячи выстрелов. Самый лучший чугун в России!
Мои люди получают заказы на строительство кирпичных зданий в столице и губернских городах, на мощение городских дорог чурбаками, на возведение бараков для рабочих и казарм для солдат. Меховая Компания и Банк ещё добавляют огромный прибыток. Моё общее состояние давно перевалило за миллион рублей. Но счастья эти деньги мне пока не приносили. Мама в прошлом году умерла в Виндаве. Перед смертью просила передать царю шахматы на которых она вместе с мелким Виктором Вайсом зарабатывала, обыгрывая уличных шахматных игроков. Моя сестра Мерседес-султанша Кёсем правит огромной Османской империей и ей не до меня. Хорошо, если одно письмо в год приходит. Женщины, что были в моей жизни ценили не меня, а мои деньги. Поэтому надолго не задерживались. Но вот недавно я познакомился со студенткой университета Надеждой Сусловой. Эта девушка на свадьбе Молотова и Кировой была подружкой невесты, а я у Молотова за дружка был. Так и познакомились. Она из семьи крепостных. С детства работала то пряхой, то пастушкой. Цену деньгам знает и не просит в подарок отрез парчи. Она ничего не просит, но и от встреч не отказывается. Только предупредила сразу, чтобы без баловства. А я что? Без понятия? Такую девушку силком возьмёшь — и всё. Поминай, как звали. В этом она на свою «приёмную мать» Дашку Кирову(Молотову) похожа. Ванька Молотов, даром что генерал, много лет её замуж звал, пока та не согласилась. Моя Надя с Дашей — одного поля ягода. Поэтому я её в постель не тащу, а всё больше гуляю с нею по Москве и разговоры разговариваю. А поговорить она мастерица. Столько за пять лет книг прочитала, сколько я и за двадцать не прочёл. Да-да. Как раз в следопытах в Виндаве и прочитал первую книгу Заруцкого «Али-Баба и сорок разбойников».