Только непонятно тогда, какой джар укусил его в музее.

Выжав из себя улыбку, благодушно проговорила:

— Обещаю, шейр, завтра я не буду никого избегать, ведь это мой первый бал. Буду танцевать, веселиться, радоваться жизни. Интересно, сколько шейров изволят со мной повальсировать. Будут кружить меня по залу, сжимая в пылких объятиях…

Поймав недоумённый взгляд тёти, посмотрела на генерала. Вместо того чтобы удовлетворённо кивать и хвалить меня за желание быть примерной шиари, он мрачнел на глазах. И… молчал.

Зато Тесса, ощутив повисшее в воздухе напряжение, кашлянула и тихо выронила:

— Бывает, и до бала дебютанток шиари получают от поклонников письма. Лайре таких… не приходило?

Заметила, как на лице оборотника обозначились желваки, а в серых глазах заледенела пара айсбергов.

— Нет, пока ещё не приходило, — наконец ровно ответил он. — Как уже сказал, шейла Глостер, после завтрашнего вечера нам станет видна полная картина.

Как по мне, так это не картина, а одно сплошное чёрное полотно.

Мысленно выругавшись, едва не расцеловала служанку, подавшую закуски. Появление еды в тарелке отвлекло тётю от матримониальных вопросов, и у меня появилась возможность выдохнуть.

В общем и целом, ужин прошёл довольно терпимо. Видя, что генерал не расположен развивать тему женихов, тётя стала расспрашивать о столице. Об академии, о… Рифере. И пока Вейнанд рассказывал, в чём я преуспела, а в чём продолжаю хромать, бросала на меня выразительные взгляды.

Да уж, никакой конспирации.

После десерта, торта, пропитанного кисло-сладким ягодным кремом, Тесса решила, что пора и честь знать.

— Благодарю за чудесный ужин и приятную компанию, генерал, но, думаю, нам пора отдыхать. Завтра будет долгий и насыщенный день. Нам всем не помешает набраться сил. Лайра… — Тётя бросила на меня выразительный взгляд, давая понять, чтобы поднималась.

Дважды просить меня не было необходимости. Промокнув губы салфеткой, я последовала примеру Тессы.

— Всё было очень вкусно, ваша светлость. Ещё раз спасибо за гостеприимство.

Мы вышли из-за стола, но до заветных дверей добралась только Тесса. Меня же остановил тихий голос военного:

— Лайра, вы не могли бы задержаться?

Я была бы рада ответить, что нет, не могла бы, но, увы, нельзя. Я девушка воспитанная, хоть порой и забываю об этом. Чаще всего забываю в присутствии генерала, но под взглядом тёти была вынуждена повернуться к нему и сказала:

— Да, конечно, ваша светлость. — Вернулась за стол, чтобы не стоять перед оборотником, как пансионерка перед директором.

— Доброй ночи, ваша светлость, — пожелала Тесса, а спустя пару мгновений двери за ней, едва скрипнув, закрылись.