Мы снова собрались втроём, семейный совет, так сказать. Лиза, как всегда, молчит, а Александр меряет шагами свой роскошный кабинет. Он недавно сделал в нём ремонт, но рабочее место Императора осталось таким же безвкусным. В огромном камине потрескивали дрова и блики огня исполняли свой замысловатый танец. Отлипаю от завораживающего зрелища и перевожу взгляд на вычурную лепнину.

Брат принял расклады по сложившейся ситуации, но попросил время на размышление. При этом я точно знаю, что с главой правительства и ключевыми министрами, кроме Барклая, он не разговаривал. Был проигнорирован и глава МИДа Вейдемейер. Я, наоборот, с Иваном Андреевичем проконсультировался и встретил полную поддержку. У дипломатов тоже работает разведка и хватает информации для анализа.

Нет, я прекрасно знаю, кто стоит за новыми советчиками Александра. Некоторые господа весьма неплохо зарабатывают на торговле с Францией и её союзниками. Люди не хотят терять сверхдоходы, чего здесь непонятного. Убогие не понимают, что проданный хлеб, железо и другие товары именно сейчас насыщают французские резервы, необходимые для будущей войны. Никто не запрещает людям торговать, но не мешает и задуматься. А зачем французам столько хлеба и прочего продовольствия? Значит, разложим брату своё видение ситуации.

— Во-первых, крупные закупки, которые продолжает делать французское военное ведомство. Во-вторых, они не планируют кардинально сокращать армию. Только новобранцев, разного рода вспомогательные войска и бесполезных итальянцев. Но их можно вернуть на службу в короткие сроки. В-третьих, Польшу продолжают накачивать деньгами и увеличивать её армию. В-четвёртых, сама личность Наполеона. Если не через два года, то через три его армия всё равно окажется у наших границ. Он считает себя избранным, который должен повелевать миром. Если раньше с ним можно было договориться, то победа над Англией окончательно вскружила ему голову. Я уже много раз говорил, что в Европе есть только одна сила, способная противостоять амбициям корсиканца. Он это знает и постарается нас уничтожить. Тем более что русские просторы не идут ни в какое сравнение с английскими. Каждый солдат может получить поместье с сотнями рабов, коими они считают наших крестьян.

— Но именно ты и выпустил джинна из бутылки, когда просто стёр Англию с лица земли, — Александр обвиняюще вперил в меня палец, — Зачем было подкидывать французам эту странную идею?

Здесь брат прав. Ошибся я с некоторыми предложениями. Англию можно было уничтожить и без теории о жизненном пространстве. С другой стороны, просто завоевание через несколько лет могло обернуться ещё более монструозным государством. Представьте себе английскую элиту и промышленность, интегрированную во Французскую Империю? Тогда бы нас не просто победили, а банально уничтожили как нацию, превратив остатки в рабов.