Между тем я понимаю, что это конец. Мне этого не хочется именно сейчас, но когда-то всё равно придётся умирать. Значит, просто закончился цикл моего пребывания в этой реальности и Вселенной. А ещё в голове начала играть одна музыка из моего века. Опять меня потянуло на дешёвый пафос — даже умереть спокойно не могу. Одна надежда — мир, а тем более моя любимая Россия, уже никогда не будут прежними. Поэтому я ухожу с чувством выполненного долга.

https://www.youtube.com/watch?v=1M2mE3b9qec

* * *

Он шёл по разрушенной усадьбе и никак не мог поверить в реальность происходящего. По некогда роскошным залам, царапая паркет, перемещались его люди, вытаскивая на улицу убитых и раненых товарищей. Отдельно складывали людей в чёрной форме. Среди защищавшихся не было ни одного живого — кто бы сомневался. «Победа или смерть» не зря красовалось на знамени этих сумасшедших егерей. Два отряда общей численностью под сто человек перебили чуть ли не половину его полка. И откуда у них была пушка с ракетами? Хотя он знал ответ, но старался не думать об этом человеке.

Главное, что они выполнили задачу, хотя ценой колоссальных жертв. Эти сумасшедшие ещё и драгун неплохо проредили, в своём непонятном прорыве на юг.

Он долго смотрел на окровавленный труп человека, из-за которого всё и произошло. Когда-то он был для него всем, но постепенно превратился в лютого врага. Буря разнообразных эмоций терзала его душу, но зачем показывать их подчинённым. Обострившиеся черты лица цвета мела, перекошенный рот и сразу ставший заметным низкий рост, совершенно изменили покойника. Хотя кого красит смерть? С трудом приведя в порядок свои чувства, он отдал приказ адъютанту.

— Передайте тело присланным людям, пусть отвезут его в столицу. Остальных похороним на ближайшем кладбище.

— Ваше превосходительство! — вдруг прокричал вбежавший с улицы сержант, — Там, это! Вы нужны! Он только с вами говорить хочет. Дрался как демон! Один убил почти десяток! Мы его и обнаружили с трудом, когда своих оттаскивали, под ними лежал. Гранату хотел подорвать, но та не сработала. Явно офицер, а вы приказали хоть кого-то взять живым.

В окружении нескольких трупов его солдат, лежал умирающий человек в чёрной форме. Вывернутая под немыслимым углом, явно сломанная в нескольких местах правая рука, раны на ногах, изгвазданное в своей и чужой крови лицо, а главное– левая, намертво сжала бебут, который подарил ему Цесаревич. И эти глаза, пылающие безумием и одновременно смотрящие на мир с насмешкой. Когда солдат сказал про раненого, сердце генерала предательски ёкнуло. Он хотел и, в то же время, боялся встречи с этим человеком. Даже труп Константина не вызвал у него столько эмоций, сколько вид умирающего егеря. Его младшего брата.