Ночной город мерцал огнями, но в особняке Макара Березенского царила гнетущая атмосфера. В просторном кабинете, отделанном тёмным дубом, миллиардер и депутат Макар Березенский расхаживал из угла в угол, сжимая в руке бокал с виски. Его лицо искажала гримаса гнева.
Дверь с грохотом распахнулась, и двое охранников ввели Юлю. Её розовые волосы длиной 3 мм блестели от капель воды, кожаная куртка промокла от дождя, на щеке виднелся грязный след. Пирсинг в брови поблёскивал в свете ламп, а татуировки на руках выглядывали из‑под закатанных рукавов.
— Опять? — Макар резко обернулся, едва не расплескав виски. — Сколько можно, Юля? Байкеры, рокеры, какие‑то притоны… Ты понимаешь, что портишь мне репутацию? — Ой, папочка, — Юля скривила губы в саркастической улыбке, стряхивая воду с волос. — Прости, что мои тусовки не вписываются в твой идеальный мир. Может, мне ещё расписание вечеринок с тобой согласовывать? — Не умничай! — он стукнул бокалом о стол. — Тебе 28 лет, а ведёшь себя как подросток! — А ты ведёшь себя так, будто мне семь, — она скрестила руки на груди. — Может, мне в куколки поиграть, чтобы тебя порадовать? Или сразу в розовый бантик завернуться? — Хватит издеваться! — Макар подошёл ближе, сверля её взглядом. — Ты единственная дочь, а должна была быть сыном! Я рассчитывал на наследника, а получил… это. — О, спасибо, что напомнил, — её голос зазвенел от злости. — Как же я могла забыть, что разочаровала тебя ещё до рождения. Может, мне самоустраниться, чтобы не портить твои рейтинги? — Ты не понимаешь! — он провёл рукой по седым волосам. — Мои партнёры, избиратели, совет директоров — все спрашивают: «Что за цирк с вашей дочерью?» Ты думаешь, мне это нужно? — А ты думаешь, мне нужны твои деньги и слава? — Юля рассмеялась, но смех вышел горьким. — Знаешь что? Лучше бы ты меня вообще не рожал. Тогда бы не страдал из‑за такого позора. — Юля, остановись! — его голос дрогнул, но она уже не слушала. — Нет, это ты остановись! — она шагнула к нему. — Ты никогда не видел во мне человека. Только обузу, пятно на твоей безупречной биографии. Так вот: я не собираюсь меняться ради твоего комфорта. Я такая, какая есть. И если это тебя не устраивает — твои проблемы. Макар замер, сжал кулаки, но не нашёл ответа. Юля, воспользовавшись его молчанием, резко развернулась и бросилась к двери. — Юля! — крикнул он ей в след, но она не обернулась.
Она выбежала на улицу, где лил проливной дождь. Слезы застилали глаза, смешиваясь с каплями воды. Юля подбежала к своему мотоциклу, сорвала его с подножки и, даже не надевая шлем, резко выкрутила ручку газа. С пробуксовкой мотоцикл рванул с места, оставляя чёрные следы на мокром асфальте.