Вечером, когда мы окончательно встали на привал, и на небе наконец-то появились звёзды, я смог свериться с картами, которые взял в повозке парня.

— Так… я понял, что я нихрена не понял… — пробормотал я, глядя на небо.

— Заблудились? ­— тут же склонилась Люнь над картами.

— Да не то, что бы заблудились… —­ пробормотал я, глядя на небо, а потом на карту, но нас так нехило откинуло в сторону.

­— Насколько сильно?

— Настолько, что город, который находился перед нами, но слегка правее, теперь находится там, — указал я пальцем налево. — Мы практически проскочили его, и судя по другим направлениям, он находится ещё дальше, чем был, когда мы отъезжали тогда от оазиса.

— Настолько далеко?.. — протянула Люнь.

— Очень далеко. Нас забросило в жопу пустыни, — ответил я, разглядывая карту. — Что блин за бури такие, что телепортируют тебя по всей пустыне?

— И куда мы пойдём? — спросила Люнь.

­— Если бы не дети, я бы попытался рвануть к песочному императору. Но с ними это будет слишком рисково. Как для них, так и для меня.

— Оставим в каком-нибудь городе или поселении?

— Ну теперь уже точно не в том, где хотели, — вздохнул я. — Мы практически в мёртвой зоне сейчас.

— В каком плане?

Я чертил пальцем область на карте.

— Даже если учитывать тот факт, что карта эта примерная, без должных соотношений в размерах, то здесь всё равно образуется такая большая область, где ничего нет. Вообще ничего, ни поселений, ни каких-либо скал, которые торчат из песка, ни городов или оазисов, вообще ничего. Просто тупо пусто.

— А мы сейчас…

— Если смотреть по звёздам, то мы находимся на пересечении между четырьмя созвездиями. Этим, этим, этим и этим. И по ним мы сейчас в самом центре.

— Плохо… — протянула она.

— Очень, — я бросил взгляд на детей, которые зашевелились под одеялом. — Особенно, когда на тебе несколько голодных ртов.

— Ну ты же их не бросишь, верно?

— Бросить провиант на чёрный день? Нет, конечно, ты что?!

— Да ну тебя… — отмахнулась Люнь. — Всё шутишь.

— Ну не плакать же, ­— пожал я плечами. — В любом случае, надо двигаться сейчас в сторону старолуния, так как там самые ближние поселения, где их можно будет оставить.

— Думаешь это хорошая идея? — спросила Люнь.

— А почему нет?

— Ну… у меня создалось впечатление, что людей-кошек не сильно жалуют обычные люди. А у тебя разве нет?

— Да я как-то не сильно об этом задумывался, если честно.

— Просто они же дети, а люди… Да ты ведь и сам заметил, как тогда косились на них другие в караване, даже ещё до того, как вы нашли то золото. А что будет с обычными людьми из глухой деревушки в пустыне? Юнксу, нельзя их бросать там.