В то же время к детям, которые дрыхнут без задних ног, тоже подходят люди. И чем ближе они к ним оказываются, тем меньше мне нравятся. Но всё встаёт на свои места, когда они открывают рты.

— Эй, здесь дети ушастых! — воскликнул один из них, заставив мелких тут же проснуться и испуганно сесть, оглядываясь после сна непонимающими большими глазами. — Блин, реально дети ушастых, Гифер! Откуда они здесь?

— Какая разница? Вяжем и уходим, а то…

Вяжем и уходим? Детей? Меня гложут определённые сомнения, что люди кошатников начали бы называть детей своих господ ушастыми и так говорить о них. По крайней мере, вряд ли бы это всё звучало так, будто они их за людей не считают. Ну а значит я могу делать всё что за хочу со спокойной совестью.

Он, наверное, так и не успел сообразить, что происходит, когда мои руки мелькнули перед его носом, сворачивая голову так, что она начала смотреть в обратную сторону.

И тут же рука сунулась в закрома моей одежды, схватившись за лампу — не успели ублюдки протянуть к моим детям руки, как тех в то же мгновение накрыл купол из красных кристаллов, огораживая мелких как от возможных опасностей, так и от вида расправы над незваными гостями.

Всё произошло так быстро, что они даже не успели хотя бы что-то предпринять. Я не стал хвататься за меч, вместо этого другая рука схватилась за веер, и в их сторону полетело пять клинков, которые как пули настигли сразу половину ничего не понимающих людей, ставших из охотников добычей. Я убивал чётко и быстро, переключаясь с одной цели на другую, пока из десяти человек не остался всего один.

Вот он-то и успел хоть что-то сделать, а именно попытаться бросить своих товарищей и улететь.

Но я всё равно был быстрее.

Когда тот поднялся в воздух, я сшиб его обратно, пинком отправив на землю, где и приземлился сверху, придавив ублюдка коленом и сорвав с его шеи амулет, который положил себе в карман.

— Не дёргайся, пока я тебе случайно яйца не оторвал, — спокойно произнёс я, оглядываясь. — Сейчас я задаю тебе вопрос. Если ты не отвечаешь, я давлю тебе голыми руками сначала одно яйцо, а потом другое. Отвечаешь — я тебя отпускаю.

— Клянёшься?! — истерические напуганным голосом спросил он. Удивительно, какими бедными беззащитными могут выглядеть вчерашние властители человеческих судеб.

— Конечно, — легко согласился я. — Итак, есть ещё кто-то кроме вас?

— Есть! Конечно есть!

— Отлично. Направление? Куда мне не идти, чтобы не наткнуться на ваших?

— Следы! Ты увидишь направление следов! Мы как раз летели из лагеря, когда заметили костёр издалека, после чего пошли к вам пешком.