Стриженный под полубокс невысокий крепыш ковырялся в электронной начинке массивного скафандра оранжевого цвета. Их тут стояло четыре: одинаковых доспеха, которые отличались только номером на левой стороне груди и надписью — на правой. Судя по буквам на безжалостно ковыряемом бронескафе, крепыша звали Карлос.

— Доброго дня! — сказал Карлос и вытер руки об штаны. — Ну что, загарпуним «Кашалота»? Я подрывник, если что. Как только понадобится что-то погорячее или погромче, обращайтесь!

— Непременно! Погорячее — это по мне. Вы разбираетесь в скафах? — уточнил Гай.

— Да-да. Давайте и ваш гляну, если хотите? Сделаем диагностику, прогоним через тестер системы…

— Да оно бы и хорошо, только у меня модель… Э-э-э… Пангейская нестандартная, в общем.

У Карлоса загорелись глаза:

— Пангейская? Давайте его скорей сюда! Буду аккуратен и ювелирно точен, не сомневайтесь!

Гай отправил технического дроида к «Эрнесту» и показал Карлосу большой палец: он был явно фанатом своего дела, так почему бы и нет? Может, посоветует чего полезного…

— Франческа — это Гай. Гай — это Франческа, — Джипси подошел к стройной, почти такой же высокой, как и он сам, чертовски красивой брюнетке, на которой даже стандартный комбез смотрелся стильно и привлекательно, и приобнял ее за талию.

Молодая женщина ловко вывернулась из его объятий и, тряхнув каскадом волнистых волос, проговорила:

— Привет, Гай! — и строго глянула на Джипси: — А с тобой у меня будет отдельный разговор, котяра! Кой черт тебя понесло в «Лагуну» вчера вечером?

— Ладно, Кормак, дальше сам, у меня тут дело… — махнул рукой командир мангруппы и принялся что-то шептать на ушко Франческе.

Уже через минуту она заливисто рассмеялась, показав жемчужно-белые зубы.

На двух оставшихся скафандрах стояли фамилии Штерн и Кранц. Их хозяева — крепкие мускулистые парни с явно военной выправкой — мерились силами в армрестлинге. Полем для битвы у них стала металлическая бочка, которая звенела и трещала под напором их буйной энергии.

— А-а-а, псина! — выругался Штерн. — Хорошо тебе на правых бороться! А я левша, давай теперь на левых!

— Ну-ну! — хохотнул Кранц. — Я тебя и так, и так уделаю, свинтус! Эй, парень! Иди сюда, будешь судить! Давай, не стесняйся! Ты же Гай, верно?

— Да-да, — у Кормака закралось подозрение, что эти двое были модификантами.

По крайней мере, обычному человеку было бы сложно согнуть пальцами стенки бочки из металла толщиной больше миллиметра!

— Давай, считай!

— Айн, цвай… — перед тем, как сказать «драй», Гай поймал удивленный взгляд Кранца.

Да что не так с этим айн-цвай? Ну, счет, ну на языке альтрайтов… Нужно или выяснить, или отвязаться от этой искусственно приобретенной привычки…