Нашел два флакона, один — «Викодин», обезболивающее, второй — что-то для поддержки желудку. Я принял по одной, запил водой из-под крана и двинулся в ванную.

Уместить себя в замкнутое пространство удалось с трудом, но я все-таки вошел и посмотрел на себя.

Зрелище было так себе. Левая сторона лица — один большой синяк от виска до скулы, под правым глазом тоже. Ссадина на лбу, заклеенная в больнице пластырем. Подбородок ободран. В общем-то, я выглядел как человек, которого кто-то очень долго бил.

— Нормально, — сказал я своему отражению.

Оно, похоже, было не согласно, но мне наплевать. Да и молчит оно, не очень разговорчивое.

Викодин начал действовать минут через двадцать, боль не ушла полностью, но отодвинулась куда-то на задний план, притупилась. И тут я вспомнил.

Сегодня двадцать первое июля. Сегодня вечером Тайсон нокаутирует Уильямса в первом раунде. На это я поставил три тысячи четыреста, и еще две тысячи зарядил Касселс. И мы выиграем, и это принесет мне почти десять тысяч.

Только вот я их не буду тратить. Потому что в феврале будет бой Тайсона с Дугласом. И в нем «Малыш-динамит» ляжет в десятом раунде. И это после тридцати семи побед без единого поражения, из которых тридцать три были нокаутом.

Не знаю, какой там будет коэффициент, но просто безумный, потому что в Дугласа не верил вообще никто. И вот на них я и поставлю деньги, как бы мне печально ни было зарабатывать на поражении своего кумира.

Хотя машину новую я все равно куплю. Не могу я уже ездить на этом драндулете. Но постараюсь накопить побольше. Сделать бы хотя бы тысяч двадцать наличкой до этого времени.

Но у меня будут деньги на непредвиденные расходы, и мне больше не придется жить две недели на сто баксов. Подумав об этом, я почувствовал что-то похожее на радость.

А потом заснул.

Проснулся я от звука мотора под окном, посмотрел на часы и увидел, что время уже шесть вечера. Тачка явно припарковалась у самого входа, и я услышал, как в дверь постучали.

— Соко, — раздался голос Касселса. — Соко, ты тут? Тебя в больнице нет.

А чего это он приехал? Уже забрал деньги? Да нет, бой же позже, он что-то около девяти вечера.

Я поднялся и, на удивление, чувствовал себя совсем неплохо. Хотя, пожалуй, еще одну таблеточку стоит принять. Я двинулся к двери, открыл ее и увидел Ника, как всегда одетого с иголочки и в очках авиаторах.

— Матерь Божья, — проговорил он. — Ты как вообще?

— Нормально, — ответил я.

— Ты выглядишь не нормально, — сказал он. — Это ни хрена, блин, не норма.

— Так я разбился на машине, — я улыбнулся. — Ребра сломаны и головой ударился. Пройдет. А ты чего, уже деньги забрал?