— Ну так же она красивее. Это же твоя мертвая невеста…

Я поперхнулся ругательством и приложил палец к шее Аристы. Живая! Так с чего эта балда взяла, что она умерла?

— Она дышит, конечно, но это же магическая смерть.

— Ты дура? — тихо спросил я.

— Нет, господин, — замялась бывшая фермерша. — Но это же во всех легендах говорится. Великий воин приносит свою мертвую невесту и…

— Иди отсюда, — вздохнул я, не желая слушать, что там воин должен делать с трупом. Только через пару секунд со вздохом добавил. — Накрой ужин на двоих. И… не называй меня «господином». Только по имени.

А потом задумался. Ариста так и не пришла в себя, хотя с чего бы? Я достал свиток с лечебным заклинанием. Из-за их дороговизны таких у меня было всего два, и предполагалось, что они могли здорово помочь в случае ранений.

Но заклинание если как-то и подействовало, то только световыми эффектами, весьма красиво растекшись по голове Аристы. Но я-то ожидал большего! Подумал еще немного и вспомнил, как эта демоница развлекалась после моего лечения, со вздохом прорезал себе ладонь и направил частую рубиновую капель в рот девушки. И это явно помогло! По крайней мере, она зачмокала, проглатывая кровь, и дышать стала намного глубже, так что даже грудь заметно начала вздыматься. Но просыпаться даже не подумала.

Я покапал еще кровью, потом завязал руку, посидел, но не дождавшись других изменений, спустился вниз, быстренько помылся и сел за накрытый стол. Гелила скромно стояла в уголке, недоумевая, для кого я приказал накрыть второй прибор. Хотя «прибор», это конечно громко сказано про глиняную тарелку, оловянный бокал и вилку с ножом. Да и блюда на столе тоже не впечатляли. Хлеб, колбасы и овощи. Но это уж что я сам купил. Требовать от рабыни что-то готовить я опасался, сомневаясь в ее кулинарных талантах, да и нужных припасов у нас пока не было. Но уверен, что самой девушке не часто раньше перепадавшая колбаса еще долго будет «королевским» блюдом.

— Садись, — кивнул я демонице на второй стул и пояснил. — В моем мире рабов нет. По крайней мере там, где я жил. Так что ты будешь считаться, хм… доверенной служанкой. Если хочешь, то я освобожу тебя.

Но осторожно усаживающаяся за стол рабыня энергично затрясла головой.

— Нет-нет! Меня сразу повесят. Не надо освобождать!

— Ну значит для посторонних останешься рабыней, — кивнул я, очень хорошо помня законы княжества. — А мне расскажи, за что тебя… осудили. Только честно, если хочешь доверия от меня.

Девушка сунула в рот кусок колбасы, не заморачиваясь с вилкой и ножом, а прожевав, вздохнула: