— Беру свои слова обратно, — насмешливо заметил Инквизитор.

Пока я пыталась отдышаться. Видимо, напоследок.

Он с улыбкой отбил мой удар возле самого лица.

— В Академии чему-то учат. Итак, поиски еще сужаются. Четвертый курс и выше, — заметил он, ничуть не устав. В отличие от меня. — Видите, как хорошо у нас получается расследовать это дело?

Его высокий силуэт застилал все вокруг. Я видела только сверкающую линию его клинка.

Мой нервный взгляд был прикован к двери. Я дернулась в ее сторону. Но это был обман. На самом деле, я решила нанести удар исподтишка. Не убить, но ранить. И сбежать, воспользовавшись заминкой.

— Неужели уже пора? — брови Инквизитор удивленно поднялись. — Так быстро? Я думал вы еще немного посидите… Лет сорок.

Эти слова отрезвили. И я бросилась к двери, пытаясь сдержать натиск чужой стали.

— А вы мне нравитесь, — послышался смех. — Если вы — юноша и сможете меня хотя бы ранить, то я закрою дело. И приму вас в Инквизицию. В порядке исключения.

Меня отмело к стене. Я тут же выставила меч перед собой. Рука тряслась. Блик на лезвии прыгал.

— А если вы симпатичная девушка и сможете победить, — со смехом заметил Инквизитор. — То я женюсь. Тоже в порядке исключения.

На секунду я опешила от такого предложения. И покраснела.

Только потом до меня дошло, что эти слова можно расценить как дешевую провокацию.

Не помогло и то, что я была не в лучшем настроении — тело все еще гудело от ударов меча.

Я боялась промахнуться. Но еще сильнее я боялась попасть.

— А если вы еще не определились с полом — определяйтесь скорее, — послышался смех.

Я замешкалась. Инквизитор оказался быстрее — его меч стремительно взлетел и прошел в сантиметре от моего живота.

От страха я втянула живот. Смерть, словно подкралась и нежно посопела мне в ушко. А потом так же бесшумно отступила в темноту: «Ой, простите, фальстарт!».

В отчаянии я попыталась прорваться к двери. И тут произошло что-то невероятное.

Инквизитор встал между мной и дверью. Он демонстративно подставил горло острию моего меча.

Что он делает? Это что еще за фокус?

Моя рука дрожала. Она дрожала так, словно лезвие само выбирает, куда вонзиться.

За кончиком лезвия следили со снисходительной улыбкой. Это кем же нужно быть, чтобы так улыбаться в лицо смерти?

Сладкая ямочка на щеке, полуопущенные на лезвие глаза и улыбка заставили внутри что-то перевернуться. Зубы ритмично стучали. Ушибленное о столик колено нервно дергалось.

— Ах… ха… Ах… — дышала я, сглатывая собственное дыхание. Фуфлыжник притих. Рука занемела.

— Ну же, — заметил Инквизитор. — Считайте, что я безоружен.