— Интересное предложение, джентльмены. Нужно подумать.

— Сколько вы сейчас добываете?

— От 50 до 200 баррелей в день с каждой вышки. Скважина скважине рознь, как ни странно. Стоят рядом, а продуктивность отличается.

— Неплохо, — кивнули техасцы. — Сто тысяч баррелей в месяц — с таким объемом можно работать. При средней цене за баррель в 72 цента и при значительном снижении затрат на транспортировку можно договориться о плодотворном союзе.

— У меня «Стандарт Ойл оф Калифорния» сейчас забирает сырую нефть на свой завод.

— «Стандарт ойл» — те еще свиньи. Еще наплачетесь с ними. Чтобы вам быстрее думалось, готовы вам дать площадку под хранение излишков.

— Очень щедро, господа. Я, пожалуй, соглашусь и подумаю, как нам скрепить зарождающуюся дружбу. Но почему вы сами не хотите у себя во дворе воткнуть десяток качалок?

— Мистер Генри Хантингтон держит нас за яйца.

— Понятно. Теперь мне предстоит выяснить, в каком положении пребывают мои.

… Встреча с Хантингтоном, человеком и пляжем, как я в шутку окрестил мистера Генри, случилась через месяц. Я к ней подготовился.

Во-первых, за меня замолвила словечко старушка Кэролайн, написав железнодорожному магнату просьбу встретиться со мной. К ее голосу в ЭлЭй прислушивались. Она была ярой поборницей президента Рузвельта — не Франклина, который еще не уселся в инвалидную коляску, а Теодора. Этот пламенный борец с трестами и за социальную справедливость получил в лице миссис Северанс мощного толкача на выборах. Хантингтон тоже принадлежал к этому лагерю и постоянно конфликтовал с реакционным крылом республиканцев, особенно с «Лос-Анджелес Таймс», с пеной у рта возмущавшихся новомодными затеями президента. Ее издатель, отставной бригадный генерал Гаррисон Грей Отис, избрал одним из объектов своих атак «Пасифик электрик» с его красными трамваями и железнодорожным вокзалом в самом центре Лос-Анджелес-Сити, мешающему городскому движению. Так что ссориться с Кэролайн, с влиятельным союзником из лагеря прогрессистов, Хантингтону было не с руки. Я же с легкостью добился ее протекции, напомнив ей о своей благотворительности в деле освобождения невольников города и пообещав нехилое пожертвование для ее детских садов. Бунгало в ее поместье так и осталось пока за мной.

Во-вторых, я заявился на встречу при полном параде, чтобы сразу дать понять: меня не запугать длительными судебными тяжбами. Если в России людей встречали по одежке, то в САШ уже можно презентовать себя с помощью автомобиля. К огромному зданию «Пасифик электрик билдинг» я козырно подъехал на серебристом Роллс-Ройсе. Сбылась мечта идиота — я все ж таки приобрел себе «Серебряного Призрака». Мне повезло. Купил свой Роллс-Ройс уже в сборке, забрал прямо с ежегодного автосалона, проходившего на катке Марли.