* * *

Смотря на давящихся едой детей, я чувствовал странную тошноту. Что-то подобное ощущал в те голодные годы, когда моим единственным местом пропитания была не особо богатая сытной едой больничная столовая. И пусть сейчас я был полностью наеден, мерзкое чувство преследовало меня.

Не выдержав, вышел за калитку, стараясь не привлекать ничьего внимания: хотелось немного побыть одному, проводить всё время на глазах у Никса и Асил оказалось слегка напряжно.

— А ведь кто-то не так давно жаловался на одиночество, — не упустил из вида моё состояние Раззарт.

— Да ты прав, — мрачно усмехнулся я, не имея ни малейшего желания возражать древнему духу.

И мне показалось, что он замолчал даже как-то обиженно, словно рассчитывал на очередной спор.

Оглядевшись, я решил сходить к морю, но на берег надо было выходить через всю деревню, а её виды сейчас ввели бы меня только в ещё большее уныние, поэтому, заметив возвышающийся холм, свернул к нему.

Забрался на утёс, посчитав его достаточно хорошей точкой обзора. День клонился к вечеру, но в небе ничего не менялось, просто всё вокруг меня словно серело. Идя по утесу, пару раз чуть не скатился с него кубарем, поскальзываясь на мокрых камнях, но всё-таки удержался, вполголоса переругиваясь с зубоскалившим Раззартом.

Но стоило мне достичь вершины, за которой шёл обрыв, как наставник сразу же посерьёзнел. Подойдя к краю, я глянул вниз, ощущая небольшое головокружение, очередной порыв ветра заставил меня переступить с ноги на ногу. Посмотрел вдаль, наблюдая за зарождающимися на горизонте волнами, которые существенно теряли в силе, доходя до берега и ударяясь о камни.

— Что ж, парень, вот мы и на месте, — сосредоточенно проговорил Раззарт. — Давай немного поработаем.

Я согласился, повторяя за наставником требуемые жесты и слова, поднимая руки и направляя свои силы на то, чтобы слиться с природой, понять, что же здесь происходит, и за что она так поступает с людьми, что издавна жили на её территории в гармонии и процветании.

Вспышка зелёного свечения разлетелась по округе, визуализируя влитую в посыл энергию, я ждал отдачи, но… не было абсолютно ничего. Я не мог почувствовать ни силу волн, бьющихся подо мной, ни ветра, который с остервенением пытался скинуть меня вниз, ни-че-го.

— Раззарт, — позвал я. — Ты что-нибудь ощущаешь?

— Нет, абсолютный штиль, — отозвался наставник.

— Но ты же говорил, что что-то не то чувствуешь! — вспылил, почти требуя от древнего духа чудесного объяснения происходящего.

— А, по-твоему, стоять рядом с первостихиями и не ощущать ни одну из них — это прямо «то»⁈ — огрызнулся наставник.