— Ну что? Определились?

— Если бы! — поджал губы Цзян. Такое ощущение, что с трудом при этом сдержав крепкое ругательство. — У меня к тебе другой вопрос, Елагин. Видишь, что вокруг творится?

— Допустим, — не стал я излишне конкретизировать.

— И что собираешься делать? — выдержал мой испытующий взгляд Тэнфэй.

— А ты с какой целью интересуешься, Тэнфэй-сяньшэн? Неужто решил предложить сотрудничество?

Блин, улыбка скорее кривоватой получилась, нежели циничной, как я намеревался.

— Опять ёрничаешь! — укоризненно покосился на меня Цзян. — Нашёл время! Я, вообще-то, серьёзно спрашиваю.

— Что, на начальство надежды никакой? — посочувствовал я.

— Без комментариев! — поморщился вайгожэнь. — Считай, что совет кланов — моя, и только моя, проблема. А здесь и сейчас давай работать вместе. Ты и я. Без посторонних.

— Это будет зависеть… — сделал я вид, что задумался.

— От чего? — напрягся Цзян.

— От твоего поведения! — ухмыльнулся я. — Для начала давай-ка, дружок, выкладывай: что сказало начальство?

— Мне приказали действовать по остановке, — страдальчески скривился Тэнфэй.

Такое ощущение, что целый стручок жгучего перца только что сожрал. Впрочем, от таких указаний и у меня бы острое несварение желудка моментально приключилось. Потому что, по сути, руководство только что официально назначила Цзяна «стрелочником». Или, как говорили предки, козлом отпущения. С этого мгновения и до разрешения ситуации — любым способом — вся ответственность целиком и полностью лежит на Тэнфэе. И даже если он угадает с действиями, его, скорее всего, по-тихому грохнут, предварительно отсыпав положенную порцию почестей. Потому что в таких делах лишние свидетели, тем более, такие высокопоставленные, никому не нужны. Ну а если не угадает, то тогда его грохнут прилюдно, с позором, да ещё и как-нибудь затейливо. Короче, куда ни кинь, всюду клин. Похоже, придётся его, кхм, брать под крылышко. Момент этому весьма благоприятствует. Другой вопрос, что нам потом с целой кучей кораблей с экипажами-перебежчиками делать? По-любому у альянса к нам претензии возникнут по этому поводу. С другой стороны, а не пофиг ли? Претензией больше, претензией меньше — мы и не заметим. Н-да. Как минимум повод задуматься.

— Сочувствую, друг мой, — не очень искренне погоревал я чужой беде. — А про гексов они что думают? Ты ж им наверняка наябедничал, да и картинку переслал?

— Гексы их и напугали, — нехотя признался Цзян. — А я ведь почти дожал! Ну почему всегда вот так, через одно место⁈

Ты гляди-ка, опять на путунхуа сбился к концу фразы! Видимо, это у него такой индикатор раздрая чувств. Учтём на будущее. Ну а пока, чтобы Тэнфэй лишний раз мысль не терял, пожалуй, тоже стоит перейти на родной язык вайгожэнь. Мне несложно, а ему приятно. Наверное.