— Ну и чего же ты ждёшь, душа моя?.. — выпростался я из кресла. — Особого приглашения?
— Чуть более романтичного отношения, — буркнула Милли. Но сразу же махнула рукой: — А, чёрт с ним! Иди-ка сюда, Елагин!..
Глава 3−3
-//-
— Ну кому ещё приспичило⁈ — возмущенно рыкнул я, среагировав на зуммер входящего вызова. — Нигде-то от них ни спрятаться, ни скрыться!
— Ответь, дорогой. Может, действительно что-то важное, — посоветовала Милли.
Она, как нетрудно догадаться, пребывала в весьма благодушном настроении, впрочем, как и всегда после постельных игрищ. А тут мы хотя бы успели закончить, хм, с процессом, и теперь просто на расслабоне лежали в обнимку. Да-да, на полу бывшего профессорского кабинета, на впопыхах расстеленном стареньком пледе, который тот же профессор пользовал прохладными вечерами в качестве… ну да, тёплого клетчатого пледа. Ну и мы при случае задействовали практически по прямому назначению.
— Чёрт! — все же фыркнул я. — Действительно, кто бы это ещё мог быть? Душа моя, давай-ка, приводи себя в порядок! Что-то мне подсказывает, что легко я от дорогого профессора не отделаюсь.
— А сам чего? — грациозно потянулась Эмилия.
— А мне-то чего⁈ — хмыкнул я. И в доказательство собственной правоты влез шорты. — Видишь? Уже как штык!
— Ладно, сейчас, — сдалась зазноба. — Ты просто пока в сторону смотри, и всё.
— Угу. — Я отвернулся от, кхм, лежбища, уставившись на плотно прикрытую дверь, и принял вызов: — Да, Евгений Викторович?
— Ваня? — подозреваю, чисто на всякий случай уточнила возникшая в «дополненной реальности» профессорская голова.
— Он самый, проф! — с ухмылкой подтвердил я. — А вы кого ожидали увидеть? Дядьку Митяя? Или, прости господи, Офигенного Ленни?
— Да нет, я ничего, — стушевался Эйген. — Просто ты долго не отвечал…
— Занят был! — относительно мягко, но категорично отрезал я. — А что, собственно, случилось? Пожар? Наводнение? Цунами? Или ещё что похлеще? Может быть, молоко убежало?
— Э-э-э… не время для шуток, мальчик мой! — укоризненно глянул на меня Евгений Викторович. — Речь идёт о чём-то действительно важном. Я не побоюсь этого слова, о научном открытии! Даже, можно сказать, величайшем научном открытии со времён появления прыжкового генератора!
— Значит, похлеще, — с тяжким вздохом заключил я. — Вы подойдёте? Или лучше я к вам?
— А ты где? — озадачился проф. Но сразу же сообразил: — А, понятно! Пожалуй, лучше я… то есть мы к тебе. Так будет рациональней. Да и продрог я, признаться, в этих катакомбах! Так что пока идём, хотя бы косточки разомну да кровь разгоню по жилам.