— Жалко его стало, — призналась Милли. — Не заслуживает он такого… счастья.

— А я, выходит, заслуживаю⁈ — добавил я в голос толику сарказма.

И был моментально отбрит:

— Так ты на мне и не женился!

— Аргумент.

— Повторяешься, Елагин, — с укором посмотрела на меня «резервная жёнушка». — А это плохо. Нехороший признак.

— Типа, хватку теряю? — хмыкнул я.

— Нет, просто усталость накапливается. Ну и стресс заодно, — пояснила Милли.

— Что, настолько заметно?

— Сильнее, чем тебе того хотелось бы, дорогой, — не стала меня жалеть Эмили. — Но это вполне объяснимо. Сам знаешь, нет ничего хуже, чем ждать и догонять. А мы именно это сейчас и вынуждены делать. Просто потому, что не знаем, куда ударить на опережение. Кстати, первый случай на моей практике, чтобы вайгожэнь сработали настолько чётко, выверенно и с минимальными затратами материальных ресурсов. Справедливости ради, такой стратегии придерживаться удаётся далеко не всегда. Но в данном конкретном случае они могут себе позволить тупо давить нам на психику.

— И у них это неплохо получается, — вынужденно признал я.

— Вот-вот, — поддакнула Милли. — Если уж тебя до такой степени ситуация напрягает, боюсь представить, каково сейчас Илье Фаддеевичу приходится!

— Отец сильный, отец справится! — как можно уверенней заявил я. — Ему деваться некуда, за ним весь клан. Так что ему в какой-то степени проще — есть стимул.

— А у тебя нет, поэтому ты и грузишься сверх меры, дорогой.

— И что же делать? — расстроенно протянул я.

— Как что⁈ — удивилась Эмили. И с намёком покосилась на бывший рабочий стол профессора Эйгена: — Расслабиться надо!

— Прямо здесь⁈ — изумился я.

— Ну да! — пожала плечами моя «резервная жёнушка». — Помнится, здесь мы ещё этим не занимались… пора исправить это упущение!

Хм… а ведь весьма соблазнительное предложение! Евгений Викторович, правда, где-то тут, в катакомбах под «заброшкой», бродит, так что есть риск, что он вернётся в самый неподходящий момент — всё-таки мы в его кабинете устроились, пусть и бывшем. С другой стороны, с ним Толян в теле «кракозябры» и Агуэй в собственной тушке, причём на добровольных началах. Чем они там занимаются — ума не приложу. Профессор с чего-то вдруг взял моду секретничать. С другой стороны, чем бы дитя ни тешилось. Шарятся по катакомбам, и пусть их. Если хоть какой-то вменяемый результат получится, Эйген первый ко мне прибежит, потому что душу излить больше тупо некому. Раньше можно было Лерке по ушам проехаться, а теперь только я остался. Но, судя по тому, что он до сих пор на связь не вышел, что-то у них там не ладится. А профессор, напоминаю, очень упорный старикан. Пунктик у него — пока не убедился, что сделал всё, от тебя зависящее, отступать не смей! Так что вероятность запалиться на самом деле минимальная. Ровно такая, чтобы придать дополнительной пикантности плотским утехам…