— Значит «Глори» можно восстановить, господин адмирал? — перебил первого морского лорда король.

— Да, Ваше королевское величество. И это не займёт много времени. Единственное условие — мир между Англией и Россией, и, судя по всему, и Германией. В противном случае броненосец добьёт объединённая русско-германская эскадра. Да и всему Хоум Флиту придётся тяжело. А если его запрут в шхерах Аландских островов, то случится катастрофа, — также невозмутимо продолжил сэр Уолтер.

Георг Пятый порывисто вскочил со стула, прервав доклад морского лорда, и заходил по кабинету порывистой походкой.

— Сэр Уолтер, Вы считаете, что наша эскадра не сможет противостоять объединённой русско-германской в случае начала боевых действий, — резко остановившись, спросил король, не поворачиваясь лицом к адмиралу.

— По эскадренным броненосцам у нас паритет, если учитывать три броненосца береговой обороны русских. Но два броненосных и восемь бронепалубных русско-германских крейсеров делают победу нашей эскадры очень сомнительной, особенно, если она не успеет уйти с рейда Мариехамны, — голос адмирала оставался бесстрастным. — Поэтому приказ для эскадры надо отдать в течение сегодняшнего дня. И лучше до полудня. По полученным данным русско-германские корабли вчера вечером двумя кильватерными колонами покинули рейд у острова Гогланд и, вернее всего, направилась к Аландским островам. Даже на экономных десяти узлах сегодня вечером они перекроют путь нашим кораблям. И дальше всё решит Бог!

Адмирал Керр, наконец-то, через треснувшую маску показал своё истинное лицо — взволнованное и несколько напуганное.

— А что по поводу наружного взрыва «Глори»? — после небольшой паузы спросил Георг.

— Один из минных офицеров, который без водолазного снаряжения спускался под воду, предполагает, что это была наша восемнадцатидюймовая самодвижущая мина Уайтхеда*, которая имеет возможность двигаться на глубине до семи ярдов. Видимо поэтому никто пуска торпед и не заметил. Дальность хода такой мины составляет восемьсот ярдов.

*Английская торпеда 18″ RGF Марк II, разработанная в 1893 году, отличалась от предшествующей модели повышенной прочностью головной части и возможностью регулировки глубины хода в диапазоне от 1,5 до 6,7 м.

— Значит всё-таки подводная лодка? — спросил король, повернувшись лицом к адмиралу.

— Думаю, да. Но нам ничего не известно про это судно. Могу предположить, что это какая-то переделка из малюток Джевецкого. Только каким образом она попала на рейд Мариехамны, у меня объяснений нет, — Керр твёрдо посмотрел в глаза Георга. — И ещё, Ваше королевское величество, я предполагаю, что небольшая подводная лодка не могла нести больше двух самодвижущих мин, но в русско-германской эскадре могут перевозиться ещё несколько таких лодок. В крайнем случае, мины точно есть. А это дополнительная угроза для Хоум Флита, — вновь бесцветным голосом ответил сэр Уолтер.