— Это мы уже обсуждали, Тимофей Васильевич. Что вы предлагаете конкретного в сложившейся обстановке? Дать указание Власьеву, чтобы он принял все требования своих рабочих, и эти расходы возложить на бюджет государства? — раздражённо перебил меня император.

— Извините, Ваше императорское величество, но мне кажется, что Вы не заметили, точнее не обратили внимание на то, что в рабочем классе в событиях последнего месяца ярко проявилось разделение рабочих на тех, кто за самодержавие и тех, кто за революцию. Причём первых — значительно больше. Поэтому надо в их руки дать оружие, с помощью которого они смогут победить, а точнее перетянуть на свою, то есть на нашу сторону, вторых.

— И какое же это оружие, Тимофей Васильевич? — уже заинтересованно спросил Николай.

— Ваше императорское величество, Вы знакомы с запиской начальника Московского охранного отделения статского советника Зубатова о создании подконтрольных полиции рабочих общественных организаций?

— Нет. А что была такая? — удивлённо спросил император.

— Мне господин Кошко копию передал. Он с Сергеем Васильевичем в хороших взаимоотношениях.

— И что в ней?

— Если кратко, то при разгроме в Москве социал-демократических подпольных организаций, которые делают основную ставку в революции на пролетариат, господин Зубатов столкнулся с тем, что все арестованные делились на две категории: интеллигентов-революционеров и рабочих. Интеллигенты хорошо осознавали, за что привлечены к ответственности, тогда как рабочие не могли понять, в чём состоит их вина. Они упорно не видели политического характера своих деяний, так как хотели только улучшить своё экономическое положение, — я коротко вздохнул и продолжил. — В общем, социал-демократы красиво прячут своё политическое учение о революции за демагогией об улучшении экономического положения рабочих. Идея Сергея Васильевича заключается в том, что для того чтобы обессилить социал-демократию, необходимо вырвать из её рук рабочую массу. А для этого необходимо, чтобы сама власть встала на сторону рабочих в их борьбе за свои экономические нужды.

— Оригинально! И это пишет начальник Московского охранного отделения⁈ — лицо Великого князя Сергея Михайловича, прервавшего мой монолог, выражало искреннее удивление. — Да он у нас революционер!

— Ваше императорское величество, данные действия, по моему мнению, позволят перехватить руководство рабочим движением у революционных партий и направить его в сугубо экономическое русло, сделав безопасным с политической точки зрения для монархического строя. А рабочий класс пригодится Российской империи для другой революции…