— Ты куда? — в ее голосе чувствовалась тревога.
— Сейчас найду свечу… — отозвался я уже из комнаты, где на шкафу стоял подсвечник.
Вернувшись на кухню уже с зажженными свечами и пачкой чуть подмокших сигарет, я поставил на стол подсвечник и посмотрел на Ирину. В мягком свете свечей ее внешность изменилась, она стала еще более привлекательной, влажные волосы, собранные в какой-то замысловатый пучок, одухотворенное лицо и глаза, в свете свечей они приобрели совершенно другое выражение.
— Ну, теперь все в порядке, — сказал я, садясь за стол и доставая сигарету.
— Угостишь меня? — неожиданно спросила она.
Я протянул ей пачку, и когда она неумелым движением извлекла из нее сигарету и прикурила от горящей свечи, предложил налить еще немного коньяка. Она закашлялась после первой затяжки, но быстро справилась с собой и кивнула мне в знак согласия.
В свете свечей янтарная жидкость заиграла в бокалах, я тоже прикурил от свечи и немного приоткрыл окно, чтобы не сидеть в сизом тумане табачного дыма.
После третьего бокала напряжение прошло, и завязался разговор.
— Ты занимаешься спортом? — немного заплетающимся языком, спросила она.
— Скорее занимался… — улыбнулся я, глядя в ее темные глаза. — Сейчас уже не хватает времени на все это, а так да, занимался… академической греблей…
— Понятно… — неожиданно засмеялась она, и спохватившись сказала. — У меня был парень, тоже занимался… Но он изменял первые буквы и…
— А, — я знал, о чем она говорит, поэтому улыбнулся. — А ты тоже похожа на человека, который не один день провел в спортзале…
— Точно… — ответила она. — Художественная гимнастика… А как ты догадался? Я-то понятно, это не сложно… Ты просто большой… А ты?
— У тебя красивая фигура… — начал, было, я.
— У многих красивые фигуры… — кокетливо перебила меня она.
— Походка и движения… — парировал я. — Так двигаются только гимнастки и танцовщицы.
Она кивнула мне в ответ и уставилась в окно, на ее щеках появился густой румянец, и опять настала тишина.
— Я хотела тебя спросить… — неожиданно резко повернувшись ко мне, сказала она. — Но не знаю, как ты к этому отнесешься…
— Спрашивай… — ответил я, наливая в бокалы еще. — Я предвидел, что ты задашь этот вопрос… В нем нет ничего необычного…
— Я хотела спросить… — начала она, но остановилась, взяла бокал, и внимательно посмотрев на него, залпом выпила, поморщилась и продолжила. — Почему она так поступает с тобой?
— Понимаешь… — после долгой паузы стал отвечать я. — Она хороший человек, но бредит тем, что ей мало одного… — мне было трудно говорить. — А я не хотел делить ее с другими… Вот и расстались…