Она больше не контролировала себя, ее тело было в полной моей власти, ее лицо исказилось, и с каждым новым движением моего члена, в ее разгоряченном теле, ее остренькие ноготочки все сильнее и сильнее впивались мне в спину, подталкивая меня к еще большему и ритмичному действию. Под натиском моего члена она то и дело срывалась на крик, ее голова металась из стороны в сторону, раскидывая по белоснежным простыням распустившиеся волосы, и как в бреду, в перерывах между стонами и криками, умоляюще шептала, чтобы я не останавливался.
Я отдавал ей все свою нежность и страсть, которая накопилась у меня за несколько недель, и она была несказанно благодарна этому, отвечая мне тем же. Я чувствовал, каждую складочку ее бархатной трубочки, каждое вздрагивание и сокращение кольца сильных мышц вокруг своей необузданной плоти. Это доводило меня до безумия, ее крики и шепот, ее трепещущее тело, и когда она несколько раз резко дернулась, а из ее груди вырвался отчаянный крик, оповещающий всех и вся о том, что она достигла самого пика, я не смог больше себя сдерживать и что есть силы сжал ее хрупкое тело в своих объятиях, инстинктивно стараясь проникнуть в самую глубину ее лона, с таким же победным криком, стал наполнять ее горячее нутро своим семенем.
Это был самый долгий оргазм, который я когда-либо испытывал, это было неописуемое сумасшествие, наши крики слились в один, наши переплетенные тела, наверное, не могла в этот момент разъединить ни одна из существующих на Земле сил. А когда наши крики затихли, сознание покинуло нас, погружая комнату в тишину, даже звуки дождя не могли противостоять, такой страсти и замолкли за окном.
Открыв глаза, я первым делом поцеловал ее в губы, но она была в таком глубоком трансе, что не ответила мне, ее глаза были закрыты, а на лице застыло выражения счастья. Аккуратно поднявшись и сев между ее раскинутых ног, я заворожено наблюдал, как медленно закрывается распустившийся цветок любви. Как медленно закрываются ее лепестки, скрывая от меня свое нектарное озеро, как матово-белые струи моего семени стекая по ее телу, образуют на простынях большое темное пятно. Это было восхитительное зрелище.
Устроившись рядом с ней, я с нескрываемым восторгом любовался ее телом, ее прекрасным лицом, с нетерпением ожидая, когда распахнуться ее длинные ресницы, и я увижу ее глаза.
— Ты живая? — потеряв терпение, прошептал я, одновременно целуя ее в ушко.
— Ты сумасшедший… — улыбнулась она, не открывая глаз, повернулась ко мне и стала покрывать мое лицо поцелуями, а когда остановилась и открыла глаза, на ее губах играла счастливая улыбка. — Ты чуть не разорвал меня на части…