Я вернулась в свою комнату, чуть не плача. Мало того, что дядя лижет киску какой-то девке, а не мне, так она еще доставляет ему удовольствие, облизывая его член. Разве я так не могу?
Я залезла под одеяло и потрогала свою писю. Она была совсем мокрая. Оказывается, я сильно возбудилась, пока подсматривала. Я вылезла из-под одеяла, сняла трусики, широко раздвинула ножки и стала мастурбировать свою киску, представляя, что за мной тоже подсматривают из-за дверей. Я испытала оргазм, залезла под одеяло и уснула.
Когда дядя пришел ко мне на следующий вечер, я сразу рассказала ему о том, что видела вчера. Он хитро улыбнулся и сказал, что я, по-видимому, уже большая девочка, и мне можно показать больше. После этого он расстегнул брюки и достал свой член, который уже был немного возбужден. Дядин лобок и мошонка были гладко выбриты. Он взял мою руку и положил на свой член. В моих руках он стал быстро увеличиваться. Я погладила член, а потом сжала его рукой — он был твердый и горячий. Я восхищенно смотрела на дядино орудие и даже попробовала немного его подрочить. Когда из-под крайней плоти выглянула красная головка, дядя сказал мне: «Полижи его язычком». Я тут же лизнула головку — она была влажной и скользкой, мне понравилось. Я взяла головку в ротик и стала сосать, как чупачупс. В тот вечер дядя научил меня сосать, хотя весь член у меня во рту конечно не помещался. Дядя даже кончил мне в ротик, и я облизала и проглотила всю сперму. После этого дядя вылизал мою киску, и я как обычно заснула после мощного оргазма.
На следующий день я ходила гордая и довольная собой. Теперь я делала дяде минет почти каждый вечер (за исключением, опять же, тех дней, когда он приводил домой девушек). Дядя учил меня разным приёмам, как доставлять ему большее удовольствие, так что к четырнадцати годам я уже сосала почти профессионально. На моей писе уже рос не золотистый пушок, как раньше, а черные курчавые волосы, так что мне пришлось сбривать их полностью. Дяде тоже очень нравилась моя гладенькая выбритая пися.
Я взрослела, но вместе с этим росла моя ревность к дядиным любовницам. Теперь они уже казались мне ровесницами (самой младшей было пятнадцать лет, тогда как мне было уже четырнадцать!). К тому же, дядя стал регулярно бросать двери спальни приоткрытыми. По ночам я слушала их сладострастные стоны, нецензурные возгласы, скрипы кровати, шлепки по попке. Чаще всего меня это возбуждало, и я мастурбировала в своей постели. Но вместе с тем в этом было что-то унизительное для меня. Иногда дядя вообще бросал двери комнаты открытыми, так что я легко могла увидеть его, совокупляющимся с молоденькой девочкой. Я понимала, что они совсем не стесняются меня. Дядины подружки смотрели на меня надменно и свысока, не смотря на то, что я часто могла видеть, как дядя имел их по-собачьи, или с задранными за голову ногами. Иногда дядины любовницы ходили по дому голые: дяде это очень нравилось. Он любил фотографировать их возле бассейна или в спальне на постели. Еще дядя любил трахать своих девочек в попку, и это я тоже неоднократно видела. Пару раз я заставала их в ванной: девочка стояла на коленях на унитазе или сидела на раковине, широко расставив ноги, а дядя энергично сношал ее киску.