Она стыдливо прикрывала рукой лобок и смущенно улыбалась. Мы тут же загнали ее в парную греться. Я показал Пашке большой палец, а он с довольной рожей развел руками. Через минут пять, Юля выбежала из парной и окатилась водой из таза. Мы болтали о друзьях, травили анекдоты. Вскоре она перестала зажиматься и стала вести себя непринужденно. Пару раз, наклонившись за чем-то, она демонстрировала мне пухленькие губки киски и коричневый кружок ануса. Судя по его размерам, я решил, что Паша посещал свою жену и с этой стороны.
Второй раз в парную мы пошли втроем, но Пашка скоро выскочил. Я скомандовал Юльке лечь на полку и стал охаживать ее веником. Она изредка повизгивала и подставляла мне свои бока. Попка колыхалась в такт ударам веника, спина сразу стала красной. Хорошо пропарив, я выгнал Юльку и окатил ее холодной водой. Она завизжала и выскочила в раздевалку. Мы с Пашкой смеялись над ней, а она грозила нас утопить в лохани.
Наконец, я в третий раз загнал ее в парную и уже серьезно отхлопал ее веником. Потом я заставил ее перевернуться и с осторожностью хлестал верх груди. Чтобы ненароком не попасть по чувствительному соску, я прикрывал поочередно ее грудь рукой. Юлька улыбалась, но не противилась. Закончив процедуру, я опять окатил ее холодной водой и уложил на лавку. Она лежала, раскинув руки, ее грудь, теперь розовая с потемневшими сосками, мерно вздымалась. Я вышел в раздевалку и сказал Пашке.
— Теперь иди к ней и хорошенько ее оттрахай.
— Ты что, сбрендил?
— Давай, давай. Нет ничего лучше от простуды, чем половая борьба после бани. Иди, согрей ее внутри, а я принесу что-нибудь попить.
— Ну, если ты так считаешь.
Паша нехотя поднялся и вошел в баню, а я выбежал домой принести термос с чаем. Когда я через минут пять вернулся, в бане раздавалось мерное звяканье тазов и стоны Юльки. Через десяток минут Юлька громко охнула и звуки утихли, а еще через пять минут вышел мокрый и красный Пашка.
— Все, уморился. Пойду в дом отдохну.
— Мне-то можно туда, она привела себя в порядок?
— Какой порядок, лежит оттраханная баба на лавке и тащится, — сказал Пашка и поплелся в дом.
Я зашел внутрь, Юлька расслабленно лежала на полке. Тело блестело от пота, глаза закрыты, ноги расслабленно раскинуты. Я подошел к ней вплотную. Волосы на лобке слиплись, а из еще не закрытой расщелины половых губ вытекала Пашкина сперма.
— Жарко, — вздохнула Юля, — окати меня водичкой.
— Сейчас, подожди.
Я налил в таз еле теплой воды, сел рядом с ней на лавку и стал тихонечко поливать женское тело водой из кружки. Юля замурлыкала. Я набрался смелости и стал растирать ее своей рукой. Ее тело было настолько горячим, что обжигало руку. Я смывал пот с Юлькиного тела, стараясь уделить больше внимания ее груди. Упругость женских телес заставило приподняться моего «бойца». Я аккуратно протирал грудь, изредка сжимая железу рукой. Потом я спустился ниже и обмыл Юлькин живот, потом низ живота, потом кучерявый лобок.