— Ты знаешь, Лиз, мне кажется, что настоящие мужчины уже перевелись. То член не больше, чем у зайца, то вообще не встает… Посоветуй, как мне жить дальше?…
— Ты знаешь, сестричка, мне, конечно, трудно судить, какой именно мужчина тебе нужен… Я бы посоветовала тебе попробовать вон с тем узкоглазым япончиком — может быть, он тебе понравится. Говорят, азиаты в подобных делах бесподобны…
Следуя совету старшей сестры, Агата принялась оказывать Ногато всяческие знаки внимания — вскоре он клюнул… Однажды вечером, зайдя к Трахтенберг, стажер из Японии несмело сказал:
— Дорогая девуска, я вижу, что мой нравится вам… В мой страна девуски редко проявляют инициатива первый. Если мужчина тоже нравится женщина, он должен сделать ее какой-нибудь подарка, — с этими словами Ногато преподнес девушке букет хризантем.
Агата, втолкнув слишком скромного поклонника в комнату и заперев за ним двери, усадила его на свою койку.
— А что еще принято в вашей стране? — спросила она. — Если девушка принимает этот букет, — она швырнула цветы под кровать, — что должен делать мужчина дальше?…
Японец замялся.
— Ну, говори же, говори… — Агата принялась прерывисто дышать. Грудь ее то поднималась, то опускалась. Видимо, японцу было очень неудобно.
— Дальсе, — продолжил он, — мужчина и девуска должны встречаться, мужчина должен говорить девушка о своих чувства к ней, читать стихи хороший японский поэта, говорить красивый ласковый слова…
— Что говорить? — переспросила Трахтенберг. Японец очень вежливо улыбнулся.
— Красивый ласковый слова…
— Ах, слова! — возмутилась Агата, — ты не в Японии! Ты — в Америке! — она повалила его на кровать и принялась расстегивать замок-молнию брюк, — Ты — в Америке! А в Америке словам не верят!..
Через минуту она жадно припала своими губами к органу Ногато. В двери постучали.
— Ой, кто это, кто это? — заволновался Ногато, — если это вас старый начальника, у мой будет больсой, больсой неприятность… Мой будет выгонять из Академии и его написет жалобу в Япония, плохо будет…
Агата, быстренько надев на перепуганного японца трусы и затолкнув его в стенной шкаф — бедному японцу пришлось скрючиться в три погибели, несмотря на свой и так не слишком большой рост — моментально накинула халат прямо на голое тело и будто бы сонным голосом спросила:
— Кто там?
За дверью послышался тихий шепот:
— Агата, это я, Билл. Открой, у меня к тебе очень важное дело…
Агата открыла. На пороге стоял О'Коннор.
— Послушай, дорогая, — начал он, — тут такое дело: мой сосед по комнате сейчас привел какую-то телку и попросил меня провести эту ночь где-нибудь в другом месте… Все койки заняты — куда я только ни обращался. Я знаю, твоя соседка немножко приболела и сейчас лежит в госпитале… Мне очень неудобно, но больше обратиться не к кому…