— Вот молодой человек, — она указала на Серегу, — не равнодушен к сладкому, а с девушками стесняется.
Краска залила его лицо. Светка и Маринка, сидевшие возле Сереги, тихо захихикали.
— Но это скоро пройдет, так как эти самые девушки очень не равнодушны к нему. У тебя была вчера неприятность по этому поводу. Правда?
— Ну было кое-что, — буркнул он себе под нос. Теперь девчата с интересом смотрели на Серегу.
— Смотри, как они насторожились, — подбодрила она нашего товарища. — А проблема решится, если сократишь пробежки по утрам до километра.
Тут мы почти все раскрыли рот. Серега действительно бегал по утрам. Чтобы поддерживать себя в форме и наращивать «мышцу», он пытался пробежать как можно больше. Все это знали. Если Галина Александровна продолжит разглашать наши тайны дальше…
— Еще хотите? — с улыбкой спросила нас женщина.
Добровольцев не находилось. Каждый пытался отвести взгляд.
— Как видите, все это чисто субъективное восприятие, — подшучивала Галина Александровна.
— Где же храбрость доблестного сэра Галахада? — шепотом поинтересовалась Оксанка у меня. В голосе чувствовались нотки ехидства. Ударить в грязь лицом перед ней или выступить посмешищем перед всеми по какому-то своему пороку? Вечная дилемма выбора. Но была и возможность показаться и смелым перед всеми, что смягчало ожидаемый удар.
— А какие же проблемы у меня? — решился я.
Женщина внимательно посмотрела на меня. Мне показалось, что она рассматривала меня несколько минут, хотя возможно это было и не так уж много. Потом ее взгляд скользнул на Оксанку. Уделив ей примерно столько же внимания, как и мне, она вновь вернула внимание на мою особу.
— Подойдите ко мне, пожалуйста, — попросила она меня. Удивленный такой просьбой, я встал с подлокотника кресла и сделал несколько шагов в ее сторону.
— Спасибо, — поблагодарила она меня. — У вас, молодой человек, очень интересная аура. Она как будто раздваивается, и накладывается друг на друга, словно в вас скрыто две натуры…
Пауза. Друзья с интересом рассматривают меня, оценивая, стану я параноиком сейчас или еще побуду в своем уме. А как же еще оценивать это раздвоение личности?
— Я хочу кое-что сказать вам двоим отдельно, — обратилась Галина Александровна ко мне и… к Оксанке. — Я думаю это достаточно важно для каждого из вас. Извини, Миша, я скоро отпущу их.
Она вышла. Серега крутил пальцем у виска, намекая, что кто-то несет полную белиберду. Мишка молча пожимает плечами. Мы с Оксанкой переглянулись.
— Идем?
— Второй, наверное, это твой Галахад, — подмигнула она.
— А вы его леди.