— О… Мне кажется, что не только мы так возбуждены… — сказал он и улыбнулся, одна идея родилась в его мозгу.
Он стянул с Павла брюки и продемонстрировал его член всем. Он был не очень большой, но тем не менее привлек внимание Евгении Петровны. Паша смотрел в сторону, боясь показать, что ему понравилось смотреть как его мать трахается с незнакомым мужчиной. В его 19 лет он никогда не думал что его 39-летняя мать может так сексуально выглядеть, но события последних пяти минут изменили его мнение.
— Ну-ка посмотри сучка, — сказал Николай, смотря на Евгению Петровну, — он хочет тебя.
Но у Евгении Петровне, даже после того невероятного унижения которое она претерпела, идея относительно секса с собственным сыном вызывала отвращение у нее. Она была шокирована, ее сын наслаждался унижением матери! Николай распутал веревки Паши и подтолкнув его пистолетом к матери сказал:
— Трахни ее.
— Не делай этого сынок или ты труп! — закричал Александр.
— Заткнись сука! — крикну Николай и пнул Сашу, тот застонал и скорчился от боли.
Паша не нуждался в повторном приглашении и придвинулся к матери.
— Мамочка, я должен делать это… мне это нужно, — сказал Паша.
— Нет… Нет сынок… пожалуйста… Аааааааай… — закричала Евгения Петровна, второй раз за этот день принуждаемая к ебле, но сейчас уже собственным сыном.
Паша вдолбил свой член в наполненную спермой вагину матери и стал трахать ее. Он долбил ее влагалище, плавными размеренными движениями проникая в место своего зарождения, в ее матку.
Несмотря на все свои протесты Женечка не могла не помогать Паше, пытаясь лучше приспособиться к его члену. Александр в ужасе смотрел на жену и сына, Женечка кричала и рыдала, из-за того что Паша таранил ее матку своим твердым членом. Пашу не заботили протестующие крики матери, ее пизда говорила за нее, и она жаждала его молодого сильного члена.
— Мамочка… спасибо, я люблю тебя, — шептал Паша и целовал ее твердые соски и влажные губы.
Когда он кончил, Женечка заметила что ее ноги с силой обхватывают его бедра. Вся его сперма полилась прямо ей в матку, и если она забеременеет от его кровосмесительного семени, то она узнает об этом слишком поздно. Она обмякла в объятиях сына, быть изнасилованной собственным сыном и совершенно незнакомым мужчиной было выше ее сил.
Когда Паша закончил с матерью, то он решил продолжить начатое со своей 15-летней сестрой. Он разорвал открытую блузку на сестре, открывая ее светлоголубой лифчик. Николай посмотрел на него одобрительно.
— Ира… Если бы ты знала, как долго я хотел этого…
— Пожалуйста, Пашенька… Ведь я же твоя сестра… Я девственница.