Его длинные, худые, волосатые ноги были согнуты так, что он почти стоял на корточках, совершая поступательные движения тазом вперед-назад, вниз-вверх, вводя длинный, изогнутый, как туго натянутый лук, набухший член в мягкое, эластично растянутое кольцо.
Их разница в росте — почти карикатурна. Когда Вадим и Маша стоят рядом, ее глаза находятся чуть не на уровне его пояса. Сутулый и тощий Вадим имеет рост более двух метров, а Машенька ниже его почти на полметра. Даже в спокойном состоянии его пенис длиннее, чем Машина рука от кончиков пальцев до локтя. Когда он проникает в ее задний проход, Машенька чувствует себя словно посаженной на кол.
Но неприятная боль довольно быстро исчезает, девушка легко приспосабливается даже к очень большому члену в ректальном проходе, и приходит неземное ощущение наивысшего блаженства, когда огромный и хорошо смазанный пенис гладко скользит внутрь и наружу, опять внутрь и наружу, раздражая самые чувствительные нервные окончания ее ануса.
— И все-таки, такое выражение глаз никто бы не смог правильно передать, — продолжает говорить Машенька, не обращая внимания на его усмешку.
— Посмотри любые работы Моне, ты быстро изменишь свое мнение.
— Знаешь, Вадик, это все на уровне психологии! Если ты хочешь увидеть что-то в импрессионисткой вещи, ты это увидишь. А здесь, не надо иметь ни соответствующего настроения, ни специальной подготовки… Любой прохожий с улицы поймет мысль художника!
Маша говорит напористо, уверенно, слегка покачивая головой в такт своим утверждениям.
Вадим откинулся на спину, закрыл глаза ладонью.
— А что этот Денисов опять с тобой беседы заводил? — не отводя руки от глаз глухо спросил он.
— Ты опять начинаешь? — Машенька раздраженно прикусила пухлую нижнюю губу.
Ее друг ничего не ответил, только напряженно вздувшиеся желваки выдавали его волнение.
— Меня просто интересует техника его письма и ничего другого!
— Если ничего другого, почему ты так ему улыбаешься?
— Как я улыбаюсь?
— Ладно, — примирительно сказал Вадим. — Не будем больше об этом, а то я веду себя как глупый ревнивец.
Он опять перевернулся на живот и начал внимательно рассматривать репродукцию. На картине была изображена пара: пожилой господин в старомодном фраке и с цилиндром на голове сидел рядом с юной, очень красивой девушкой в цветастом ситцевом платье. В правой руке господина была дымящаяся сигара, левой он крепко обнимал девушку за тонкую талию. Они сидели в плетеном диванчике на фоне озера, окруженного высокими горами.
Маша была абсолютно права — картина была прорисована точно как фотография, и любой обыватель с первого взгляда понял бы о чем идет речь в картине. Слегка прищуренные глаза девушки лукаво улыбались, словно говоря: «Да, сейчас ты мой хозяин, но я гораздо моложе и сильнее тебя. Мне не хватает твоих старческих ласк, и я сегодня утром отдалась твоему шоферу в садовом домике».