Семеныч в телогрейке поверх белой рубашки курил между переменами блюд, стряхивая пепел в стеклянную пепельницу. Лицо у экскаваторщика было задумчивое, он явно что-то обдумывал.

Михаил Степанович Кротов, слесарь с сорокалетним стажем, сидел прямо, держа ложку в мозолистой руке с въевшимся машинным маслом. За толстыми стеклами очков в металлической оправе внимательно изучал мою реакцию на происходящее.

— Василий Петрович, — обратился я к дяде Васе, подходя с подносом к их столу, — можно присесть?

— Конечно, Виктор Алексеевич, — ответил старый механизатор, но в голосе слышалась некоторая сдержанность. — Садитесь, места хватит.

Я поставил поднос на стол, сел рядом с дядей Васей. Новак устроился напротив, продолжая молча есть обед.

— Как дела, товарищи? — спросил я, стараясь придать голосу обычную дружелюбность. — Работа кипит?

— Работаем, — кратко ответил Кротов, не поднимая глаз от тарелки.

— А вчера интересный разговор был, — добавил Семеныч, затягиваясь папиросой. — Степан Григорьевич приезжал, про новые технологии беседовали.

— Про какие новые технологии? — поинтересовался я, хотя уже догадывался о теме разговора.

— Да про ваш электрический трактор, — ответил дядя Вася, наконец подняв голову. — Хрущев говорит, что дело это рискованное. Много вопросов нерешенных.

— Какие вопросы его беспокоят? — спросил я спокойно.

— Надежность, — перечислил Кротов, отложив ложку. — Запчасти, безопасность, стоимость. И главное, что будет, если электричество отключат?

— А что скажете вы, Василий Петрович? — обратился я к дяде Васе. — Ведь сами на электротракторе ездили, испытывали.

Старый механизатор замялся, поправляя кепку:

— Машина, конечно, интересная. Тихая, удобная. Но… — он помолчал, подбирая слова, — а вдруг что-то пойдет не так? Ответственность-то на нас ляжет.

— На нас, на простых рабочих, — поддержал Семеныч. — А если дорогую технику испортим, кто виноват будет?

Я понял, что Хрущев мастерски сыграл на главном страхе механизаторов, боязни ответственности за дорогостоящее оборудование.

— Товарищи, — сказал я, отставляя ложку, — а кто-нибудь из вас видел, чтобы я когда-нибудь подводил людей? Сваливал на других свои ошибки?

— Не видели, — честно признался дядя Вася. — Вы человек справедливый.

— Тогда поверьте мне и сейчас, — попросил я. — Никто из вас не понесет ответственности за эксперименты. Все риски беру на себя.

— А если что-то случится? — настаивал Кротов. — Если машина сломается или, не дай бог, кого-то током ударит?

— Тогда я отвечаю перед районом, областью, прокуратурой, — твердо сказал я. — Письменно, документально. Хотите, оформим это как приказ по совхозу?