Я посмотрел на него удивленно:
— А кто сказал, что меня звали?
— Да так, подумал… — смутился Володя.
Остаток пути мы ехали в молчании. Я думал о том, что действительно мог бы поехать с Галей, если бы захотел. Но здесь, в совхозе, было дело, которое требовало постоянного внимания. Электротрактор, новые мастерские, планы развития, все это нельзя было бросить на полпути.
А может быть, я просто боялся серьезных отношений, боялся открыться полностью, рассказать о своем прошлом, о том, откуда у меня такие знания? Тайна, которую я хранил, была препятствием для близости с любым человеком.
Когда мы вернулись в совхоз, я сразу пошел в НИО. Там меня ждали Кутузов с новыми чертежами диагностического стенда и Федька с вопросами по электропроводке во втором боксе.
— Как Галина Петровна доехала? — поинтересовался лаборант.
— Нормально, — ответил я, садясь за стол с чертежами. — Поезд ушел по расписанию.
— Жалко терять такого комсомольского работника, — вздохнул Кутузов. — Энергичная была, инициативная.
— Была, — согласился я, разворачивая чертеж. — Ну что, товарищи, продолжаем работу. Федька, расскажи, как дела с электрикой.
Работа помогала не думать о грустном. Технические проблемы требовали полного внимания, и постепенно чувство потери отступило на второй план.
Глава 22 Автоматизация производства
К половине восьмого утра я уже был в НИО, хотя за окнами еще догорали предрассветные сумерки.
Июньское утро выдалось прохладным. Термометр показывал плюс восемь градусов, и я натянул поверх рубашки вязаный свитер темно-синего цвета.
На рабочем столе, покрытом зеленой клеенкой, разложены схемы новой системы контроля. Листы ватмана с чертежами датчиков расхода топлива, блок-схемы электронных устройств, нарисованные тушью и подкрашенные цветными карандашами.
В центре стола стоял макет системы. Металлический ящик размером с небольшой чемодан, из которого торчали провода разных цветов и несколько переключателей.
Петр Васильевич Кутузов уже сидел за своим рабочим местом у микроскопа МБИ-6, но сегодня вместо привычного изучения металлов он склонился над монтажной платой из коричневого текстолита. Лаборант в чистом белом халате поверх обычной одежды держал в руке паяльник ПСИ-40 с медным жалом, от которого поднимался тонкий дымок канифоли. На носу у него были очки в металлической оправе, а рядом лежала жестяная коробка из-под конфет «Мишка на Севере» с радиодеталями.
— Доброе утро, Петр Васильевич, — поздоровался я, подходя к его столу. — Как продвигается сборка блока обработки сигналов?
— Доброе утро, Виктор Алексеевич, — отозвался он, поднимая голову и протирая запотевшие стекла очков чистым платком. — Основная схема готова, осталось припаять выходные разъемы. Транзисторы КТ315 работают стабильно, усиление сигнала в пределах нормы.