Джерфил вскоре спохватился, запер свою пленницу, ушёл вниз, отправил посыльного за матерью и жрецом и остался ждать возле двери. О еде он так и не вспомнил. Девушка нашла на столе засохший кусок лепёшки, быстро сжевала его и продолжила прибираться, негромко напевая. Джерфил то и дело возвращался и подглядывал в отверстие от прежнего, выбитого замка, проверяя, чем занята пленница.

Услышав шаги за дверью, Ира тут же присаживалась на обшарпанный пуфик с аляповато раскрашенной шкатулкой в руках и принималась примерять бижутерию или бежала в мойню и громко плескала там водой, делая вид, что стирает. Джерфил успокаивался и снова спускался вниз.

На первом этаже раздались голоса, но наверх никто не поднялся – прибывшего жреца вначале следовало хорошенько напоить и накормить.

Ира прислушалась к приветственным восклицаниям и звону посуды, связала рукавами несколько рубашек и вылезла по этой импровизированной верёвке в окно, которое Джерфилу в голову не пришло запереть – эрминских барышень не приучают заниматься спортом, поскольку это неприлично и неженственно.

Она сразу перебежала на параллельную, не менее многолюдную улицу, и пошла по ней так, как привыкла ходить в большом городе – ни на кого не глядя, чтобы не привлекать внимание, широким, размеренным шагом, ловко лавируя в толпе. Дыхание у девушки постепенно выравнивалось, руки и ноги переставали мелко и противно дрожать. Навстречу ей попадались и эрмины, и каи, и представители ещё какой-то расы, кажется, даже не совсем человеческой.

Внимание она, разумеется, привлекала – барышня без сопровождения, шагающая широко, как мужчина, с хмурым, решительным выражением лица. Но к ней пока никто не цеплялся, даже патрули.

По пути Ира обнаружила продуктовый рынок, не удержалась и зашла в торговые ряды. На ней было дорогое платье, и ей стали предлагать попробовать товар. Она бродила по рынку несколько часов, прежде чем наелась. Почти. И тогда поспешила дальше.

Она не видела, куда её завезли, но примерно сориентировалась. Горы, вершины которых возвышались над зданиями и были видны из любой точки города, оставались за спиной при въезде в Ицагаль. Значит, ей туда, в сторону гор.

Уже стемнело, когда она добралась до знакомой улицы, в конце которой находился тот самый постоялый двор. Она уже решила, что благополучно пришла, и тут внезапно ей преградили путь трое мужчин разбойничьего вида.

Они вышли ей навстречу из пустынного на первый взгляд переулка и заступили дорогу, когда до них оставался ещё добрый десяток метров.

-Не спеши, маленькая шлюшка! Сперва порадуй нас.