Изо всего Зухарова отряда в живых остался лишь один Рамас. Он плёлся обратно в Дэссорк пешком, и лицо его заливали слёзы по убитым собакам.
12.
С высоты уступа можно было заглянуть в один из крайних дворов Квишедо, по которому ходила женщина, та самая, чью телегу во время погони сбросили в пропасть. Лалга сполз спиной по скале и прислонился к забору.
-Хозяйка, дай воды напиться, а то так есть хочется, что аж переночевать негде! – измученный низкий голос всё же оставался певучим.
Кхано усмехнулась, открыла калитку, увидела беглеца, шарахнулась назад и попыталась захлопнуть створку, но Лалга уже успел ввалиться во двор. Гончарка отбежала к дровяному сараю и схватила топор.
-Не подходи, а то убью! Убирайся!
-Къена, помоги! Я ранен, я устал, за мной гнались…
Женщины любят безопасность и вежливость. Лалга с трудом опустился на одно колено и открыто взглянул на гончарку снизу вверх. Она немного расслабилась, не подозревая о том, что он способен совершить прыжок даже из такого положения, и ему всё ещё по силам сделать это.
-Ты… ты… ты рвал людей зубами и когтями, как зверь… как демон…
-Меня хотели захватить в рабство, а потом – убить! Разве ты не сражалась бы за свою жизнь изо всех сил, если бы пытались убить тебя?.. Помоги мне, а я помогу тебе, когда отлежусь. Лишняя пара рук в хозяйстве пригодится, не так ли?
Бледное подобие улыбки, знаменитой на пол-Галактики, возымело эффект. Кхано смягчилась.
Её когда-то тоже чуть не захватили ловцы. Она оглядела его с ног до головы. Жилетка и штаны, превратившиеся в лохмотья, не скрывали сильное красивое тело с бледно-золотистой кожей, черты лица были тонкими и благородными, а взгляд – искренним. Солнечный цвет преобладал во всём облике необычного существа, не зря его прозвали золотым демоном. Нет, он явно не злой дух, просто не-человек, иной, и он прекрасен и вызывает доверие…
-Пойдём в дом. Нет, погоди тут падать, на постель упадёшь.
Он поднялся, вздохнул с облегчением, и его зашатало. Женщина подставила ему плечо и повела мужчину в дом. Он уже не ощущал, что его умывают и перевязывают раны – как рухнул на кровать, так тут же и провалился в сон. Его внутреннее чувство говорило ему, что здесь он в полной безопасности.
Глава 11. Самый великий храм
1.
Эгирэ шла по тропинке через рощу и напряжённо прислушивалась. При малейшем шуме, который означал, что кто-то приближается, она принималась напевать и приплясывать.
Горный посёлок внезапно перестал быть тихим, там начали носиться вооружённые люди и ловить кого-то. Не успев заработать на еду, бродячая травница убежала из Квишедо, спустилась по ущелью вдоль Дарбъяна и выбралась на равнину.