Поднявшись на второй этаж, я увидел, что спасённая мной очнулась и словно в трансе смотрела на труп хозяина дома.

— Нина… Нина, ты меня слышишь? — я положив руки на плечи замершей девушки и слегка встряхнул её. — Всё в порядке, можешь идти на первый этаж, там тебя ждут другие пленницы.

— А я не Нина, — пробормотала она, удивлённо посмотрев на меня. — Я Алефтина.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся я. — Топай вниз.

Девушка медленно встала и, прижавшись к стеночке, обошла трупы тварей, а после этого перешагнула труп хозяина дома. Остановилась на секунду и, плюнув в лицо похитителя, рванула вниз по лестнице.

Я же вышел на балкон второго этажа, набрал на телефоне «02».

Ждать полицаев пришлось долго. Даже очень. Они ехали к нам целых пять часов. Я пешком добрался сюда намного быстрее.

За это время я успел перезнакомиться со всеми девушками и выслушать их истории.

Нинкой оказалась пятнадцатилетняя девица. Её я и должен был спасти, а вместе с ней попутно спас ещё одиннадцать пленниц.

Они успели принарядиться. Правда, в мужские тряпки огромного размера, но это всяко лучше их прошлого барахла.

Девушки поведали о том, что хозяина дома звали Пахомом. Он сватался к каждой из похищенных, но когда получал отказ, то забирал их силой. Слушая их рассказы, я даже пожалел, что собственноручно убил этого выродка. У девчат было столько обиды, что они сами с радостью разорвали бы его в клочья.

Пленницы накрыли на стол, но есть с ними я не стал. Забрал крынку молока и полбуханки хлеба, после чего пошел в пристройку.

Охотник мирно сопел. Цвет лица уже не землитый, а розовый. Дыхание ровное. Мышцы его, конечно, атрофированы. Да и глупо было думать, что жалкие пять жемчужин приведут его в порядок. Но жить он будет.

Поставил рядом с ним крынку молока, а сверху положил хлеб. Как проснётся, пусть поест. Дорога предстоит дальняя.

Когда полиция всё же добралась до нас, начался форменный бардак. Две легковые машины и автобус остановились у порога дома, выпустив во двор десяток полицейских, которые тут же начали работу.

Они перерыли дом в поисках не пойми чего. Если искали ценности, то слишком поздно, Гоб уже перетащил их в своё хранилище.

Полицаи пытались допросить охотника, лежащего в пристройке, но тот не отвечал. Плюнули и переключились на допрос пленниц.

Вся эта катавасия продолжалась ещё четыре часа. После чего полицейские забрали всех пленниц и пообещали развести их по домам. Мне пожали руку, поблагодарили за выполненный гражданский долг и собирались уехать. Вот только не успели.

— Мужики. Спасибо это, конечно, хорошо. Но, может, вы и нас докинете до железнодорожной станции? — спросил я у полицейского, живот которого был размером с бочонок.