— Проходи, Лев. Садись, — проректор показал ему на диван в стороне.

С чего это он не предложил кресло у стола? Странно всё это. Да и ведёт себя Стасик как-то непонятно. Особенно ему не понравился взгляд проректора. Он смотрит с сожалением, некой печалью.

— Умер кто? — нервно хохотнул Лев Иваныч. — Ты что молчишь, Стас?

Проректор тяжело вздохнул. Такое ощущение, что он что-то хочет сказать, а язык у него не поворачивается.

— Палач, — выдавил Дёмин и показал за спинку дивана.

— Ты серьёзно? Мы ж договаривались, что ты всё… — не вставая, Лев посмотрел через правое плечо.

И застыл от ужаса. Над ним стоял юноша в колышащемся чёрном одеянии. И Лев понял, что это колыхалось. Черви. Сотни, тысячи червей окутывали незнакомца.

Точно. Это палач. Глазницы его горели ярко-красным, источая ненависть и безумную жажду крови.

— Н-не над-до, — задрожал Лев Иванович.

— Съеден, — прошелестел палач и положил руку на его плечо. С неё перелезли на Льва Ивановича чёрные извивающиеся зубастые черви, и первая партия забралась ему в рот, нос, уши и глаза. Оставшиеся вгрызлись в кожу, пожирая плоть.

Лев Иванович закричал, но не услышал своего крика. Лишь бульканье крови, которая выплёснулась из него. Через жуткую боль он чувствовал как его становится всё меньше, и меньше.

— Прости, Лев… — донесся до него эхом дрожащий голос Стаса, но большего он не уловил.

В следующую секунду его не стало.

* * *

После занятий пришлось вызывать Жигу и ехать на ближайший продовольственный склад. Причина одна — что Гоб, что Брумгильда хором попросили жрать.

В итоге я очень сильно удивил местного торгаша, который явился посредником сделки. Грузчики накидали по сотне упаковок с банками тушёнки и сгущённого молока на заднем дворе. Я расплатился. И только торгаш отвернулся, как Гоб на пару с троллихой закидали всё в свои закрома.

— Хорошего дня. Но если всё-таки нужен транспорт… — торгаш с густыми бакенбардами обернулся и глаза его превратились в блюдца. — А где⁈

— Сделка совершена. Благодарю, — улыбнулся я ему и зашагал к «Победе», у которой стоял Жига, держа в руках дымящуюся сигарету. Кажется и он был настолько удивлён, что забыл о ней.

— Постойте, так всё-таки куда всё делось⁈ — догнал меня торгаш.

— Любопытной Варваре на базаре… — начал я.

— Понял, — кивнул торгаш, нервно сглотнув. — Ага, всё, никаких вопросов.

Он остался, провожая меня ошарашенным взглядом. Ну а я добрался до автомобиля и устроился в салоне «Победы».

Жига запрыгнул следом, заводя двигатель.

— Ты ведь кого-то приручил, и не признаешься, — прохрипел Жига, с прищуром посмотрев на меня, затем нажал на газ, выруливая с территории склада.