Мы вышли из «Победы». Оказывается чуть дальше, за деревьями, в ста метрах от берега находился магазинчик, где мы с Викторией прикупили купальные принадлежности. Она взяла тёмный купальник, а я плавки и большой двухместный и уже надутый матрас.

— Я сейчас, — хихикнула Виктория и шмыгнула в сторону переодевательных кабинок у воды. Ну а Жига позвал меня в домик.

Когда мы очутились в полутёмном коридоре, водила обернулся ко мне. Лицо его напряглось, морщины на лбу превратились в глубокие рытвины.

— Что случилось, Жига? — пристально взглянул я на него. — Ты что-то дерганый какой-то.

И рядом со мной появился… проректор. Дёмин усмехнулся, хлопнул меня по плечу. Тьма сорвалась с его руки, окутывая меня.

Да, я ничего не могу сделать. Да и Гоб тоже связан. Энергия действовала и на ментальный уровень. Но это не значит, что Брумгильда была не у дел. Как раз её почему-то эта магия и не коснулась.

Теперь я слышал в голове причитание троллихи о том, что она пацифистка и не хочет никому причинять зла. Вот пусть только попробует ничего не сделать.

— Ну что, дорогой, попался? — встал рядом с Жигой проректор. — Мочи его. Башне нужна его душа.

Я охренел от такого поворота. Внутри всё оборвалось. Дёмин. Вот же ублюдок! А я ему ведь доверял. Даже обрадовался, что такой мощный союзник у меня появился.

М-да… Никому нельзя верить до конца. Мысль, к которой я возвращаюсь вновь и вновь. Разумеется, я не про доверие к своим друзьям, близким, соратникам. Там всё проще, там всё через кровь, пот и поступки.

Но есть вот такие лживые твари, которые пользуются добротой и честностью, как инструментами. Не понимают, что в ответ прилетит так, что зубы не соберёшь.

— Шеф, я не мог сказать тебе раньше, — выдавил Жига, поблёскивая радужкой, которая вновь погружалась в туман. Он боролся с подчиняющей магией. И это меня не только радовало, но и удивляло.

— Мочи его! — зарычал Дёмин. — Мочи! Во славу Башни!

Жига выхватил из-за пазухи пистолет, наставил на меня. Рука его задрожала, по лбу потекли капли пота. Я даже заметил печать подчинения ярко мерцающую на его ладони. Печать давила на него, угнетала, заставляя нажать на курок.

— Пристрели эту тварь, раб! Живо! Убей донора! — зарычал Дёмин, преображаясь в лице. Теперь его щёки ввалились, морщины рассыпались сетью по лицу. Он стал похож на древнего старика.

Я поторопил Брумгильду. Она воскликнула, находя в одной из своих книжек нужное заклинание. Но прочесть его так и не успела.

Радужка в глазах Жиги вспыхнула алым цветом.

— Прощай, тварь, — прохрипел Жига. И нажал на курок.